Митрофанов двор

Владимир Ильич Митрофанов-старый деревенский мужик восьмого десятка жизни. Слуга пролетариата и лейтенант народного комиссариата внутренних дел СССР (НКВД) железной закалки. За годы службы и выслуги перед государством смог сколотить приличное хозяйство, а так же обзавестись семьёй и чудесными родственниками, которые теперь проявляют особую любовь и внимание к человеку, находящемуся на смертном одре.

Митрофанова Любовь Владимировна-любящая дочь Владимира Ильича, 53 года.
Митрофанов Игорь Владимирович-достойный сын, крепкая опора и надежда отца, 47 лет.
Орлова Ольга Игоревна-прекрасная внучка, дочь Игоря Владимировича, 23 года.
Орлов Пётр Сергеевич-муж внучки, 25 лет.
Тополев Семён Степанович-фаворит Любви Владимировны, 48 лет.
Городков Константин Иванович-племянник Владимира Ильича, 44 года. 
















Сцена 1

Кухня. На табурете возле печки сидит Тополев Семён Степанович. Рядом с ним, облокотившись рукой о стол, стоит Любовь Владимировна Митрофанова. Напротив, возле окна и шкафом с чайным сервизом и столовыми приборами сидит семья Орловых и Игорь Владимирович Митрофанов. Городков Константин Иванович сидит в кресле в самом дальнем углу комнаты, где рядом находится вход на весеннюю веранду.


В. И. Митрофанов – Воды! Воды! – раздавался хриплый крик из самой дальней комнаты дома.
Л. В. Митрофанова – Сейчас, папенька, сейчас! – Подошла к чайнику.
И. В. Митрофанов – Когда уже этот старый хрыч…
Л. В. Митрофанова – Заткнись! Ещё услышит старый, ничего не получим из-за тебя - обалдуя языкастого.
П. С. Орлов – Не услышит. Я вчера с ним разговаривал, так всё мимо ушей.
О. И. Орлова – О чём же ты пытался с ним беседовать?
П. С. Орлов – Да… Так, о мелочах жизни.
И. В. Митрофанов – Ай, молодец, зятёк! Ты никак от всех в тихую клинья подбиваешь к деду?!
С. С. Тополев – Как раз под стать тестю.
И. В. Митрофанов – Ты бы рот прикрыл, пока я этого сам не сделал. Тебе тут вообще делать нечего, откуда вылез?!
Л. В. Митрофанова – А ты на Семёна не кричи, нечего тут угрозы кидать! Он в этом доме за последний год сделал больше, чем ты за всю свою жизнь.
И. В. Митрофанов – Но-но! Нечего тут защищать очередного своего ухажёра, не тот уже возраст, Люба. Тебе пора о семье думать, а если уж своей не обзавелась, так хотя бы о родных. Врёшь всё! Мы с зятьком крышу крыли здесь в прошлом году.
Л. В. Митрофанова – Уработались, бедные… Да строители без вас всё сделали за день, было бы чем хвалиться, мужики… Тьфу!


П. С. Орлов – Секунду, тётенька, а рабочие по-вашему за хлеб и масло всё сделали? Нет уж, оплачивал всё кто? Правильно: я и Игорь Владимирович. Хотите предъявить претензии, так оплатите долю чека для начала.
О. И. Орлова – Да, правильно, дорогой!
Л. В. Митрофанова – Цыц, девка! Смотрите, яйца курицу поучают! Ещё мозгов нет, чтобы так со мной разговаривать, сопляки.
И. В. Митрофанов – Не кричи на моих детей! Своих нарожаешь и будешь шуметь…
Л. В. Митрофанова – Вы посмотрите, герой-защитник вылез!

(Начало неразборчивой шумихи и ссоры между родственниками)
Городков Константин Иванович молча берёт стакан с водой и уходит в комнату ко Владимиру Ильичу Митрофанову.





















Сцена 2

Дальняя комната. Бледный и уставший от окружающей жизни Митрофанов Владимир Ильич пребывает в самых светлых мыслях о предстоящем исходе. К нему в покои заходит Городков Константин Иванович со стеклянным стаканом.

К. И. Городков – Здравствуй, дядюшка.
В. И. Митрофанов – … - Приподнимает голову с подушки и смотрит недоумевающим взглядом.
К. И. Городков – Не узнаёте? 
В. И. Митрофанов – … Костик, ты что ли?
К. И. Городков – улыбается.
В. И. Митрофанов – Сколько не видел тебя, лет пять прошло уже с похорон отца твоего. Тогда только и помню.
К. И. Городков – Да. Теперь уж забот немерено с тех пор, одному хозяйство тяжело вести.
В. И. Митрофанов – А ты так и не женился?
К. И. Городков – Да куда там… - Смотрит в пол, протягивая стакан.
В. И. Митрофанов – Ох, спасибо, Костик. От этих разве дождёшься… Опять сыр-бор устроили?
К. И. Городков – Есть такое. Ругаются вот.
В. И. Митрофанов – выпивает воду и ставит стакан на тумбочку. – Молодец, что хозяйство не бросаешь, отцу твоему многих трудов стоило, чтобы всё это построить: и дом, и скотину, и сад у него такой прелестный, как сейчас помню. А яблони какие росли у него-всем соседям на зависть! Сейчас растут или посохли уже?
К. И. Городков – В прошлом году морозы побили всё, пилить пришлось.
В. И. Митрофанов – Эх, жаль…
К. И. Городков – Я там беседку строить решил, взамен так сказать.



В. И. Митрофанов – Хорошо конечно, но не то это всё. Лучше бы засадил заново. А так, молодец, в отца пошёл-хороший мужик был он у тебя. А то, что без жены-это ты не прав! Семья-это основа всего.
К. И. Городков – Семья-то? - смотрит в проход, переходя мысленно на кухню.
В. И. Митрофанов – чешет затылок. – Ну да…  А… Всё же семья.
К. И. Городков – улыбается.
В. И. Митрофанов – Костя, подай мне тросточку, пройтись хоть немного, на этих посмотреть, а то я и лица уже забывать начал.
К. И. Городков – Так вам режим соблюдать надо бы.
В. И. Митрофанов – Ой, не то поколение, чтобы режимы соблюдать. Дай трость! – Приподнимается с кровати.

Городков Константин Иванович протягивает старику деревянную трость. Митрофанов Владимир Ильич, опираясь на неё, из комнаты ковыляет в сторону кухни. Константин плетётся за ним.














Сцена 3

Кухня. Всё семейство в прежнем составе. Константин Иванович Городков и Владимир Ильич Митрофанов стоят у открытой двери в другой комнате, пока все остальные увлечены азартом делёжки.

Л. В. Митрофанова – Значит, старый откинется, мы имущество продадим и деньги пополам между семьями раскидаем: пятьдесят процентов нам, пятьдесят вы уже между собой.
И. В. Митрофанов – А не жирно ли будет, Любаша?!
С. С. Тополев – А что не так?
И. В. Митрофанов – Не, вы посмотрите на него! Ни стыда, ни совести нет!
С. С. Тополев – Так, между семьями делить же решили. Глубоко не понимаю вашего возмущения…
И. В. Митрофанов – Слышишь ты, аристократ, копни глубже и намотай на ус-тебе ничего не достанется! Уж я об этом позабочусь.
Л. В. Митрофанова – А это не тебе решать, что я буду делать со своей долей!
И. В. Митрофанов – Со своей ты делай, что захочешь, только делить будем по-честному: на три!
С. С. Тополев – С чего бы вдруг?!
П. С. Орлов – Потому что мы-Орловы! Он-Митрофанов, и вы, тётенька. – Машет пальцем.
О. И. Орлова – Да-да, нам нужно в семью свою вкладывать, автомобиль купить.
С. С. Тополев – А что же ваш любимый папенька вам эту машину не подарит?! «Дети, мои дети!» - языком чесать каждый горазд, а на деле…
Л. В. Митрофанова – громко смеётся.
И. В. Митрофанов – Сволочь, врезать бы тебе за язык твой гнилой!
С. С. Тополев – Что?! Как ты меня назвал, хряк?!
И. В. Митрофанов – Ну всё, допелся, соловей! – Засучивает рукава.
С. С. Тополев – приподнимается со своего стула.


В. И. Митрофанов – Ну, черти, успокоились!
Л. В. Митрофанова – Отец! Ты чего вскочил, тебе лежать надо.
В. И. Митрофанов – Хватит, належался! Ещё безвременно не остыл, а вы уже богатство делить бросились, шакалы!
И. В. Митрофанов – Что ты такое говоришь, батя. Может таблеточку? Ты сегодня принимал лекарства?
В. И. Митрофанов – Сынок, вспомнил об отце. Сам принимать для памяти стал витамины? Жалко для совести пока не придумали…
О. И. Орлова – А мы вот как раз и помогать приехали.
В. И. Митрофанов – Вижу. Паутина в углах появляться начала, да печка уже неделю не топится, все мыши разбежались.
С. С. Тополев – Так мы же…
В. И. Митрофанов – Езжайте-ка вы обратно к себе. И без вас хорошо было, а уедете, так в тишине ещё лучше будет. – Надевает тулуп и шапку.
Л. В. Митрофанова – Папа, а ты куда собрался?
В. И. Митрофанов – Дров наколю пойду, а то замёрзнем все скоро. Костик, пойдём, поможешь мне.

Владимир Ильич Митрофанов покинул избу и вышел во двор. Городков старался, как можно скорее удалиться вслед за дедом, пока его окончательно не растерзала свора голодных и жадных глаз.