Милые непонятки

Рисунок

Карандаш царапал бумагу, оставляя за собой тонкие линии, которые складывались в образ, к тому же его удобнее стирать. Акварелью конечно сочнее, но мир и так слишком насыщен, что бы еще и ее не черно-белой. Улыбайся мило, чуть приветливее, да так лучше, конечно можно было бы стереть эту улыбку, но застывшая маска будет портить реальность. И эту уверенность хотелось бы стереть, растушевав покорностью. Твой костюм Евы слишком откровенен и доступен, накинь..., да хотя бы то прекрасное кружевное боди, прикрытая нагота возбуждает. Руки ровнее, лучше убери их за спину и обними локотки.
Не получились губки бантиком, лучше бы выбрал стиль Малевича, ну теперь как есть.

Качели

Как пряно и тонко это слово "качели"
Паришь, замирая, срываясь в обрыв.
Невесомость полета разливается в теле,
От эмоций страданий до восторга, застыв.
Нежный бал и кадриль, радость и слезы
То штормит, ужасая, то полный штиль.
Представляю качели, как алую розу,
Острота элегантности-любимый мой стиль.
Я хотела бы снова волнуясь качаться,
Раствориться, разбиться, оказаться на дне.
А потом в небеса, что пылают, подняться,
Между адом и раем замереть в полусне.
Где тот мастер эмоций, искусный мой гуру,
Что способен макнуть в бочку меда стыда.
Обнажить до крови огрубевшую шкуру,
Утопить в огне мук, в лик святых возведя.

Скучно

Мысль 1.
Б-езумно хочется влюбиться,
Сгорать на струнах сладкой боли,
До дрожи в сердце подчиниться,
Играть без фальши свои роли.
Мысль 2
Д-овериться, отдавая все без остатка, Найти откровение, где раньше не знала,
Раскрыться, рискнуть, утонуть, в этом схватка
Чтить руку, что тело мое пеленала.
Мысль 3
С-овершенно устав от свободы
Одеваю костюм и новую маску
Скрыв старые раны и годы
Жадно глотаю эмоции встряску
Мысль 4
М-ой строгий Хан лишь посмотрел и я на дне
Царапаюсь, борюсь в своих грехах
Свободу обретая в сладостном огне
Я словно кукла, вещь в Ваших руках
Такую боль никто так не дарил мне
О, виртуозная игра: восторг и страх.

Кошки- мышки

Поиграем сегодня в кошки мышки
-Чур я мышка
- Тебе кто-то давал слова? Мышка?
- Нет простите я подумала, что логично , что я, мышка
-Разве я тебя спросил, узнавал твое мнение? Может логичнее что ты кошка, учитывая любовь к рыбе
-Поняла Господин, можно узнать кем я буду?
- Кошкой
-Тогда получается, что я Вас буду ловить, тогда, я, получается в доминантной роли?
-Нет, тогда получается, что я, просто, неправильная мышка, которая лупит кошку.
Все не то, чем кажется)

Считалочка

Раз!
Легла повязка на глаза, петля укутала дыханье,
И этот джутовый канат, словно змея между руками,
В воронке чувств и тишины, слышны ритмичные удары,
По коже острие скользит, волнуя кровь, контраст на грани.
Вся власть у Высшего, он жадно поглощает, до миллиметра твой прекрасный вид.
И этот трепет, вздохи, унижение, и тело, что давно уже горит.

Два!!
В напряжение тело все стонет,
В приближенье тепла уголька,
Капли воска стекая, заводят,
Блеск прохлады от кубика льда.
Состояние - мало и остро,
Состояние сжигает до дна,
Словно хочется боли чуть больше,
Или я уже болью пьяна?

Три!!!
Свист, стон, дыхание.
Свист, вздох, молчание.
Свист,
Спина обтянута лозой,
С багрово бархатной росой.
Свист,
В глазах стояла пелена,
Когда насытилась сполна.

Четыре!!!!
Стоишь? Стою! Стой!
Где то чуть слышен собачий вой,
Соседи ругнулись, спустилась луна,
С щеки устало скатилась слеза.
Стоишь? Стою! Стой!
Колени дрожат и рука затекла,
В глазах, уж давно поселилась тьма,
Скрипит половица, звонит телефон,
А может все это иллюзии звон.
Стоишь? Стою! Стой!
Так хочется пить или встать походить,
Так хочется вазу, что смотрит разбить,
Так хочется, просто, коснуться рукой,
Стоишь? Стою! Умочка, стой!

Пять!!!!
Колючая лента сжимает дыхание,
Целуя кожу, царапает душу.
Один лишь взгляд запускает смыкание,
Так жадно и остро, нет я не трушу.
Все чувства как провод, что оголили,
Послушна, смиренна, ласкаюсь у ног.
Жестокое счастье Вы мне подарили,
Мой новый ошейник изящен и строг).

И снова здравствуй.

Будет ли это здравствуй таким же как тогда? Безусловно скучала, думала. И так это волнительно как в первый раз, вроде ничего такого, просто беседа, а ты ерзаешь попой по пяткам, жмуришься, мандражируешь и не осознавая любуешься глазами. Когда-то , кто -то написал что Ваши глаза как угольки горят и от них тепло, я бы сказала что они омут, в котором можно утонуть, можно опьянеть, можно снова влюбиться и разбиться. И этот строгий тон: "Смотри мне в глаза", такой возбудительный, желанный, можно только от голоса и взгляда на Вас войти в транс, только страх прослушать важное, заставляет сознание напрягаться. Как же хочется с разбега окунуться в Ваше здравствуй, устроить марафонский заплыв, но где-то в глубине, молоточек отстукивает sos, призывая к реальности. Вдруг не справишься, снова, вдруг будешь заносчивой, снова, вдруг не получится, снова. Убеждения себя самой великая вещь, я смогу, я не сдамся, пойду до конца и там будет видно здравствуй или прощай. А может...к черту любовь (пою))



-Кто ты?
- Тшш.. ты все сама поймешь, но позже.
Его шепот ласкал искалеченную, обнаженную душу, грея частичку света, что словно свеча дрожала от каждого вздоха или нервного движения. Развивал волосы, осыпал кожу искрами блаженства, утешал и целовал отдавая дыхание.
Она пыталась открыть глаза или шелохнуть руками, но ничто не поддавалось. Как ненастроенный приемник, будто из далека, слыша восхищенное: "Твой немой крик так прекрасен", и снова свист, свист, мужской восторг и эйфория.
-Где ты мое ватное облако?
-Я здесь, я с тобой, не бойся.

Странная была ночь, так и не уснула

Опять ночь, дождь, грустные мысли, странные чувства, время летит, а ты как будто ловишь момент в котором уже была и эмоции рвут, терзают. Все прошло, а что было: много алкоголя, изм...н и стертые лица, когда листаешь чьи-то страницы, а они все летят вереницей, главное успеть запомнить поток мыслей. Все началось с дождя, воспоминаний и трепета или скрежета в груди.
Классное было время: потерь, счастья, событий, переживаний, страхов, значит ты жила, а сейчас, когда все так серо и буднично, как будто комнатное растение которое смотрит сквозь окно и теплится в своем горшке, а мимо мчится время, все мимо. А как насладиться тем, что имеешь если нет страха, я в чужом теле, в теле растения, что стоит на окошке и каждый день смотрит как всходит солнце и наступает ночь, дождь, запах свежести, явно не моей. Продолжаю скулить, курить, ощущать всю тяжесть мира и со смирением ждать когда отпустит.

Такое себе

-Можешь проглотить.
Как проглотить, чего давно уже нет. Я смотрю на Вас, боясь, выдать себя глазами. Стараюсь смотреть с обожанием и понимаю, что проигрываю. Сейчас время остановилось и сузилось до одной мысли "Как"?. Дело не в последствиях, а в том что я не исполню Вашу волю, что подведу. А Вы ждете и изучающе смотрите. В горле пересохло от волнения, от проклятого страха, даже злосчастную слюну сложно отыскать. Момент растянулся как в замедленной съемке, слышишь лишь стук своего сердца и вереница мыслей: накопить слюни и сглотнуть, но их нет, сглотнуть воздух, насколько будет понятно что это воздух, что делать, что делать. Внутри все сжалось, сотый раз говорю про себя простите Господин. Наверное мой ужас отразился на лице.
- Что ты застыла? Глотай уже свое мороженное.
Ватными словами блею - Простите, я уже.

Мои

Каждый как может играет роль,
На овальную сцену выходит Король,
Он твердой походкой и сталью в глазах,
Грозиться воздать, вознести в небеса.

С ним жезл, корона и скрытая мощь,
Ты знаешь, что точно пред ним упадешь,
И будешь никем здесь и сейчас,
Окутанной страхом и боли той пляс.

Король, и это не просто слова
Это статус и жизнь, чертовы небеса
Это все, что желает, искриться внутри
Ты в душу, на тело потом посмотри

Хотелось так крикнуть, но возглас немой
На сцену овальную вышел Король
Застыла картина, мазки расцвели
Отыграна роль, все себя превзошли.

****

Вы мой от головы до пят,
Сжигаю мысли, похоть и желание.
Вы мой, пусть Вы и этому не рад,
Но я делю все время, расстояние.

А может я не знаю Ваших чувств,
Я вновь и вновь пред Вами на коленях.
Мечусь, стыжусь и искренне хочу,
Чтоб все сложилось, было притяжение.

Вы мой, пусть даже я не та,
Пусть я отрывок, кадр из возможных.
Я чувствую, горю и суета,
Я лишь хочу, чтоб Вы искрились тоже.

....

Что ты от меня прячешь малыш? Ты сегодня слишком тихая и так мило и предано смотришь мне в глаза) О, этот застенчивый взгляд, эти искренние эмоции, этот прикус губы, сознавайся.
Я вижу - ты обнажена, знаю каждую грань твоих переживаний, ты лжешь!
Девочка, я с тобой так долго. Помнишь, когда ты перевернула кипящую кастрюлю, кто бережно слизывал твои слезы, нежно гладил по волосам, дул на рану , трепетно ждал заживления?
А когда ты пришла растоптанная и брошенная, кто пил с тобой на брудершафт, позволял нежиться в своей кровати, хрупко ласкал твое тело и душу? Кто, раз за разом, окунался в омут и доставал, удерживая? Ты не умеешь меня ценить. Я всегда с тобой хожу по краю, смотрю в твои глаза и замечаю то, что ты однажды, назвала ничем, а они алели и цвели.
Ты потеряешься в лабиринте хаоса чувств, не сможешь разглядеть правду. Только я поглощаю это , только я тебя прощаю и иду держа за руку. Только я, знаю все твои секреты и желания и с жадной радостью дарю тебе.
А ты? Что сделала ты для меня?
- Я кормлю тебя-моя Боль!, прошептала она, освобождая частичку потерянной себя.

Их всего здесь 2...

*Так безжалостно это гнетущее молчание. Лишь звук сердца и ворох мыслей, словно рой или стая собак готовая разорвать на кучу мелких кадров. Странный контраст - шум внутри и поглощающая тишина вокруг. Чувства обострены до предела, страх и липкий холод, почему всегда страх? Пестрой лентой картинки скребут подсознание, волнение нарастает, звук тиканья становится оглушительным, это мой пульс или часы?
*Обжигает, ласкает, режет. Вновь играет не зная преград.
И рисует узоры по телу и танцует впуская яд.
Боль, что смерть, но только живая
С ней не чувствуешь, что ты одна
От желания жить наполняя
До короткого, что умерла.
Эмоций они желают. Драмы. Взлетов и падений. И все это в них самих уже есть, живет и давит. Действия лишь триггер, которые эти эмоции освобождает. Как крючки на корсете. Расстегивая один за другим, позволяешь дышать свободнее и свободнее...

Кукла...

На прилавке дорогого магазина сидела кукла. Ее кудрявые локоны свисали до пояса, милое и утонченное, местами глуповатое, лицо нравилось всем покупателям. Но вот одежда была плохо подобрана производителями. Или просто местной элите, так не нравился сарафан цвета хаки и лакированные туфельки. Каждый кто входил, непременно, заявлял намерение ее купить, но почему-то, решение непременно оставалось одно, пусть и дальше сидит.
Кукла смотрела на всех сквозь призму своих кукольных глаз, ей конечно было больно своим кукольным сердцем, но ведь это никому не интересно. Так зачем его напрягать, роняя призрачные слезы, она продолжала ждать . Мимо летали дорогие машины, парочки проходящие витрину, умилялись и непременно грозились купить, но зачем она им, у них свое. Зеваки, охочие до чужих мнений так же заглядывались, примерялись. Некоторые, кто был по смелее даже переодевали ее в новый наряд, но что бы не было надето, все не то.
А давайте ее разденем, предложил менеджер, которому она наверное, ой как осточертела, - Вдруг возьмут?!
Только, что раздетая, что в наряде она вызывала ровно столько эмоций, сколько готов был унести покупатель, никто не хотел ее душу.

Она просто хотела стать кем- то другим...

Весна обгоняла Осень на добрую зиму, так, что Осень смотря ей вслед роняла свои листья и слезы, мучительно затапливая добрую часть местности дождем.
Осень ожидала все что угодно, но только не этот гиблый и заранее проигрышный марафон.
Почему снова она? Осень никогда не смела ревновать, но в этот раз, эта самая Ревность оказалась новой героиней в их слаженном конкурентном тандеме. Эта Ревность, в белом льняном платье с красной помадой на губах смеялась заливисто прямо в лицо Осени. Этот серебристый перезвон надменности откровенно раздражал, да как она смеет? Осени захотелось наотмашь дать пощечину Ревности и что бы эти изумрудные, искрящиеся глаза перестали смотреть на нее так величественно.
Как я низко пала, отметила про себя Осень, я каждый год, как трамвай езжу по одному и тому же маршруту и каждый год Весна распускает свои бутоны даря счастье. Так почему меня это трогает?

Воспоминание о будущем

Хочется закрыть глаза и раствориться в той истоме еще раз, прочувствовать, разлиться, суметь до мельчайших деталей восстановить картинки прошлого.
Атлас скользит по телу обнажая плечи, небольшую грудь с застывшими, словно хрустальные бусинки, соsками. Оголяя мягкий, почти плоский живот и эту искусственно созданную стрелку, точно без нее невозможно отыскать путь к сокровенному. И превращаясь тряпкой у ног, хотя минуту назад дарил прохладу, приковывал взгляд.
Каскад волос рассыпается на плечи, чтобы в следующую минуту, внимательные руки, аккуратно собрали, вплели и натянули в продолжение веревки.
Восхищенно и преданно всматриваюсь, находя свое отражение в обсидиановом океане Ваших глаз. Можно утонуть в этом заботливом желании причинить страдания, приласкать, унизить.
Смотреть как плескается на дне стараний дерзкий огонек, сломить и возродить в нечто новое. Как эти чудные глаза, что так восторженно смотрят, наливаются слезами, размазывая тушь по щекам. Раскладывая и сохраняя воспоминания по полочкам, сейчас ее слезы от мучительных прикосновений, а в следующий миг, от эйфории, как же они удивительно прекрасны в своем разнообразии.
Его глаза говорят: мне жаль дарить тебе так мало себя, в единении нет уникальности, мне жаль давать тебе так много света, необратимость жадности убьет.
И руки бережно ласкают, ласкают острыми защипами соskов, прокручивая и оттягивая, надкусывая до вскрика. Заглядывая туда, где плещется боль, ласкают вспышками, резкими ладошками по щекам, ласкают кожаным лоскутом по ягодицам и спине, набирая обороты.
Тело краснеет, смущается, содрогается под натиском, переливается бисером влаги, настойчиво требуя этой ласковой жестокости, оно глупенькое, не понимает, что есть предел и жаждет пока эмоции рвут. А потом, эти отголоски неизменно будут стекать атласом по телу, превращаясь в тряпицу, все закончилось. От пика экстаза до безумного восторга, по убывающей, но еще в опьяняющей неге, до жгучего, зудящего - хочу еще.
Мне жаль, ведь я могу дарить лишь мгновения, постоянство станет пресным, мне жаль, что растворяюсь слишком рано, не видя Ваше насыщение, тогда не смогу уйти.