Шалости судьбы. Рассказ. Окончательный вариант

Судьба тасует карты, а мы играем.
                Шопенгауэр               
Если есть любовь на свете, - а она есть! - то она недалека от безумия.
                Марк Туллий Цицерон
Судьба записывается еще до рождения человека по договоренности между его душой и Богом.

Путешествие по южному Кавказу.

Шалости судьбы.               

Рассказ.

  Приближалась красава весна. Склоны гор медленно освобождались от снега, приобретая свой зеленый вид. На склонах всюду образовались ручейки, которые вливаясь в единый поток, с шумом стремились вниз, местами образуя ниспадающие водопады. На скалах начали собираться кеклики, затевая брачные игры, выбирали места для гнездования. Уже всюду расцвели акации, каштан, гранат распустил свои ярко-красные воушесцы. Вся долина низменности Куры благоухала. Начался ливень, поддерживаемый весенней грозой. Были слышны раскаты грома – сильный грохот, сопровождающий молнию во время грозы, напоминающий громовой хохот - гомерический смех олимпийских богов. Ночами на долину с гор опускался густой туман, принося с собой прохладу, медленно стелился над рекой, окутывая своим холодным дыханием дома. Прохладный туман, опускаясь с гор на долину, смешиваясь с мерзлыми испарениями, создавал сырость воздуха, покрывая дома, деревья, молодую весеннюю траву инеем, всё кругом начало индеветь, что без сомнения наносило порой непоправимый вред цветущим садам. Обнимался иней с росой. Полная луна готовилась к рождению месяца и среди тысячи мерцающих огней, плавая по небу, укрываясь от чёрных туч Нефелы, искала убежище.
На вершине чинары одинокий соловей услаждал слух своими трелями, и неустанно звал свою подругу.
Деревенский пастух не переставая дул в свою самодельную свирель из двух спаренных дудочек(сопилка), собирая животных с дворов на пастбище, и часто стегал голенище сапог кнутом-арапником.

  Графиня Елена Суздальская и граф Роман Соколов, которые после долгого расставания снова по воле судьбы встретились на балу у графини Миловской. Это было так неожиданно, что оба оказались в замешательстве, но встрече были рады и решили уединиться на берегу тихой горной речушки. Стоял тихий весенний вечер. Она за это время очень похорошела, - подумал он. Мы слишком поздно понимаем, что любим тех, кого теряем.

- Ты знаешь Елена, мир настолько стал фальшив, что почти все благодарят за ложь и обижаются на правду, - начал свое резонёрство граф Соколов, любуясь водоворотом. - Словно мы все карандаши и каждый рисует свою судьбу. Кто-то ломается, кто-то тупит, а кто-то затачивается и движется вперёд. Все научились говорить правильные слова, и трудно стало отличить идиотов и недоучек.
- Но у тебя-то Роман собственная судьба удалась, не так ли? И ты удачно распорядился ею, даже успел жениться. А вот я стала игрушкой судьбы, - вдруг замолчала она. Роман отчетливо видел, как Елена прослезилась, хотя она это старалась тщательно скрыть. – В любви тоже не повезло, она стала для меня недосягаемой, и я превратилась в пленницу своих чувств. Роман внимательно слушал её. Конечно, её было жалко, ведь они когда-то любили друг друга.
- Да, ты права. Любовь недосягаемая, вызывающая сожаление. Она неожиданная и порой нежеланная, необъяснимая, чувство глубокой привязанности, которая порой делает нас несчастными и слабыми. Но она смысл жизни и поистине правит всеми вокруг, - беря её за руку, пафосно произнёс Роман. - Порой мы становимся рабами своих чувств. Прав был Сенека: Он раб! Но, быть может, душою он свободен. Он раб! Покажи мне, кто не раб. Один в рабстве у похоти, другой — у скупости, третий — у честолюбия и все — у страха. Но я должен уточнить, что не был женат, правда, мы  некоторое время жили вместе, но этот союз распался. Есть пословица, Лена: людских пересудов не переслушаешь.  Парадокс, Лена, в том, что наши мнения, суждения, резко расходятся с обычными, общепринятыми нормами, что противоречит здравому смыслу, и мы беспорядочно начинаем щеголять парадоксами. Тут я поступаю как-то странно, когда у меня есть выбор между нормой и безумием, я выбираю безумие. Тогда нами овладевает безрассудство, полная утрата разумности в действиях, в поведении. Вот что значит любить до безумия. Это я о наших отношениях. Счастье обезумило его, он забылся. Никак ты сдуру обезумел? - говорят по такому случаю. Наверное мы никогда не получим то, чего мы хотим, пока не будем благодарны зато, что имеем.

- Не соглашусь, Роман, ты же не стал благодарить то, что мы имели и что же взамен получил? Да ничего! Кроме обманутого чувства, притворного. Забывая, что жизнь-то одна, и она кончается. Поверь, конец жизни печален, середина никуда не годится, а начало смешно до глупости. Жизнь подобна пиру Дамокла – меч свыше грозит нам вечно. Печально то, что мы никогда не живём, мы лишь надеемся, что будем жить. Ты повёл себя, как пушкинский Самозванец: обуянный гордыней не признавал ни бога, ни друзей, ни меня. И твоя гордыня всё разрушила и "дух упрямства подгадил". Теперича, отведав горечи, ты, надеюсь, мечтаешь о сладости. Ты перестал озарять мою жизнь и задул светоч, убил душу мою, забыв о том, что кто озаряет жизнь других, никогда не останется сам без света, - говорил Ницше,- прослезившись, тихо произнесла Лена. Из реки доносились голоса. Роман сам прекрасно понимал, что в том, что произошло, он сам виноват. Он готов был вернуть всё то прекрасное, но не был уверен, что это возможно. И откуда она узнала, что я уже успел жениться и развестись, а? В нём снова вспыхнуло то чувство, которое, казалось бы, улетучилось. Но оно живёт в его сердце, а для сердца нет закона, говорил великий русский Поэт. Чтобы там не было, но этот огонь любви с новой силой вспыхнул в его сердце, лишив покоя.

- Если Бог сотворил человека по своему образу и подобию, то человек отплатил ему тем же. Верить в Бога невозможно, не верить в него – абсурдно, - говорил Вольтер. Если бы Бога не было, следовало бы его выдумывать. Ты права, даже лёд тает, когда мы светим, и сердца открываются, когда мы любим. Как только мы могли так заблудиться, а? А что касается души, то она в отличие от разума не думает и не рассуждает, Лена. Разум - подлец,оправдает что угодно, говорил уважаемый Достоевский. Душа же, чувствует и знает, поэтому не ошибается. Просто мы вовремя не почувствовали это и бездарно прозевали свое счастье. Скудоумие. Умственная ограниченность. Давай попробуем освободить нашу проблему в отношениях от эмоций, тогда останется просто благоприятная ситуация. Да, жизнь одна, но жизнь – это три дня: вчера, сегодня и завтра. Вчера уже прошло и ты ничего не изменишь, завтра еще не наступило и может быть, не наступит. Поэтому нужно стараться жить сегодня, а не ворошить прошлое. Времена меняются, Лена и мы должны меняться с ними. Хотелось бы узнать какие у тебя планы и цель твоего приезда в Весёлое. Конечно, если это не секрет.
- Однако становится прохладно, - неохотно начала она. - Тут никакого секрета Роман. Приехала, чтоб продать свое поместье и случайно угодила на бал к Миловской. Какие могут быть планы, друг мой? Я опустошена, но я всё-таки этот излом вынесла, пережила. Вот сказала, и облегчила тем душу. Меня мучает doux ne rien faire – сладкое ничегонеделание – ни мужа, ни детей, но пока дышу, надеюсь. Пуд соли съевший выше ценит мёд, - говорил Хайям. Из особняка графини Миловской доносились звуки музыки. Веселье было в разгаре. На крыльце Лену встретила Миловская с бокалом шампанского.

- Куда же вы пропали, милые мои, где только мы вас не искали. И в горах, и в подземных пропастях, как говорил Некрасов, но, увы.
- Мы удалились в свою душу, Нина. «Самое тихое и безмятежное место, куда человек может удалиться – это его душа… Почаще разрешай себе такое уединение и черпай в нём новые силы», говорил Марк Аврелий, - с иронией ответила Лена улыбнувшись. Я право устала от шумного веселья, Нина, хочу прогуляться, а потом спать. Завтра у меня важная встреча, а через день- другой уезжаю. Я снова теряю её, - лихорадочно подумал Роман, - фатум снова затевает свои козни, тяготея над головой. Может быть, сам Бог снова свёл нас и дал последний шанс, единственную возможность достижения желанной цели – быть счастливым с любимой женщиной. Лена тепло попрощалась с графинной Миловской и ничего не говоря Роману, направилась к воротам. Она уходит, уносит собой мою мечту, немедля остановить её, вмешаться. Он почти догнал Лену и встал у калитки.

- А ты, графиня Елена, не хочешь ли и со мной попрощаться, а? Досадно. Неужто конец? – он с трепетом обнял её за талию. Она рыдала. « И плач, и взрыд, и хохот», как говорил Жуковский. Как плачь Ярославны из Путивля.
- Проводи меня домой, Роман, - едва выдавила она из себя. У особняка их встретил приказчик Самсонов.
- Ваше сиятельство, приезжал купец Иванов, который желает купить Ваше поместье. Но вот с живностью-то что делать? Ведь лошади-то редкой карабахской породы.
- Потом, Иван Петрович, потом, голубчик. Щас не время, - не поднимая головы, произнесла графиня. В гостиной, куда привела Романа Лена, всё было как прежде. На видном месте у зеркала в рамке стоял его небольшой портрет выполненный приезжим художником из С.Петербурга. Да, она сумела сохранить в сердце сокровенное желание, оно жило в глубине её души, в её тайнике. Они встретились, пусть по воле судьбы и это было сердечное влечение обоих, зов их сердца, и вряд ли нашлись бы силы, которые могли бы их остановить. «Сердцем веруют в праведности», говорил апостол Павел, а праведность достигается волей человека, его личным усилием, в чём мы с вами убедились. И конечно, мы должны признать, что сердце – символ любовных переживаний. Даже в Библии говорится, что оно является также хранителем святой любви к Богу. И тут трудно не соглашаться с Овидием: «Главная в сердце моем принадлежит тебе часть» и эта часть, о которой говорит он и есть любовь! Они оба понимали, что воля Бога, который всё, что происходит, определяет единолично и это их доля предназначенная им судьбой. Дай Бог каждому быть с тем, с кем сердце не ищет других…

Окончательный вариант.

Конец.  Июнь. 2024г.      м.м.Б.