Сказание о Двух полный сборник

I:
-Эй, мастер, известно ли вам чувство
Равное вине и тоске?
Когда вы смотрите сквозь стены,
Людей, животных, пребывая во мгле?
Когда ты сдерживаешь слезы,
Порою не в силах вдохнуть?
Когда счастливые люди смеются,
Вновь зовя вас в путь?
-Нет! Мне незнакомо то ощущение! -
Послышался отрывистый глас, -
Нет, не напоминайте мне те щекотливые тренья,
С которыми я, надеюсь, покончил за раз.
Хватит же, хватит -
Послышалась тихая мольба, -
Умоляю вас, хватит,
Мне противна ваша твердыня-скала!
.. А знаете, вы правы. В слезах
Пребывал я, в моих глазах
Тогда застывали миры,
Застывали, даже тогда, когда величайшие цари,
Затевали пиры.
Да, я человек, мне знакомы
Твои эмоции, тоска.
Знакомы и понятны, словно кухонная доска.
Доска-тоска.. Вы знаете, в рифму,
Представьте себе, что я могу?!
Доска и тоска... Далёкие смыслы,
Далёкие, но в рифму сказаны были слова...
-Эй, мастер, не уходите от темы!
На глазах ваши слезы, я верю вам, верю!
Будьте покойны тогда вы, милейший,
Да, я вам верю, но и вместе с тем желаю смерти скорейшей.

...
II:
И запылали руки у мастера Миров,
Да как же посмели они, ироды, обзывать тех,
Кто к войне вселенных
Не был готов?
Пусть мир этот состоит из слез и тоски,
Но всё равно, не стоит разбивать их малые счастливые мирки,
Не стоит смеяться, обзывать, издеваться,
 Ведь виновны их страхи, что с Вселенной никак не сочтятся.
А миссис Эмоция смеётся вовсю,
Нет, не понятны ей злоба милейшего "Мирю",
Ведь если вдруг рухнет Создатель Миров,
То к приходу Эмоции этот мир уж будет готов.
Прошло сто ночей с того памятного дня,
Когда разгорелась война средь новоявленного солнечного утра.
Когда их Мир позабыл покой навсегда,
А Эмоции заглохли, забыв призывы и мольбы Е;.

Когда Рёв Злобы, верноподданной Тьмы,
Превысил завывания Смерти,
То обратил, наконец, сам Создатель Миров
На сие мерзк;е бесчинство.
Тогда старая иссохшая рука его
Потянулась к рукояти верного меча своего,
Тогда в мёртвых глазах загорелась душа,
Что тоскою по старому детству была полна.
Но то было лишь на один только миг,
Когда Мастер проявил эмоции души,
Что в обычное время были закопаны в глубочайшей глуши.
Внутри он был мёртв, как пенёк,
Иссох, как мумия, старый "конёк-горбунок".
Когда в глазах исчез огонь страстей,
То Мастер Миров отпустил свои эмоции, точно голубей.
И снова он был хладен, как лёд,
И снова лишь долг им руководит и зовёт.
Праведный его гнев обратился в силу,
Что питала меч и превращалась в смертоносную яд-жижу.
-Если кому и суждено быть
Хладнокровным Правителем Миров,
Так это лишь мне - я к этому всю жизнь был и буду готов.
А всем, кто бушует под дланью моей,
Тому пора забыться и уйти от людей. -
Так сказал благородный Создатель Миров,
Сжал рукой меч и к новому бою уж был он готов.
Не было больше на нём не Вины, ни Тоски,
И снова всю сошло на "нет", протирает старик свои седые виски.

А Злость всё бушует!
Ей неведом страх!
Где ступила раз она - там уже хаос и прах.
Всюду сеет смуту она, кровушкой пирует!
Смех е; холодит, словно лёд,
А в глазах Искра -
Кровь и смута - вот е; страсть и тоска!
Она шагает вперёд, сея смерть и раздор,
Бьёт по пути даже тех,
Кто к Новой Войне Вселенных был не готов.
Люди жмутся у дверей,
Слезы паники за детей выступают у матерей.
Отцы лишь сжимают губы в тонкую линейку.
А что остаётся делать им, коли как лишь не беспомощно злиться?

Но кто бы знал, что их злоба и ярость,
На безумную захватчицу Вселенной,
Вдруг будет ей пищей, поистине королевской?
Они того не знали,
А потому, не зная, еду и бессмертие ей даровали.

III: 
-Поди прочь, Бескрайняя Злоба,
Поди прочь, к тебе Вселенная пока на готова!
Ты - катастрофа, что рождена людьми,
Ты - угроза, которую породили чьи-то умы.
Ты - несостоявшаяся война,
Что убивает не столько тело,
Сколь отравляет людские сердца.
Злоба, ты же ещё для того не созрела!
-А знаешь, мастер, плевать мне на это,
Где была рождена я - там родится и сестра моя Эго.
Знаешь, мастер, оглянись ты вокруг
И тогда, возможно, поймёшь ты вдруг,
Что приход мой был не зря -
О том предвещало же ваше развитие и моя заря.
Открывая новое вы старше проклинали,
Открывая новое вы на людей внимания не обращали.
Политика и власть кружат воронами вместе,
Порой призрение к людям казуя в каждом жесте. -
Так шипела неистребимая Злоба,
Чья жизнь порой крутилась вокруг жадины и чревоугода.
В руках было пусто,
Место для оружия пустовало.
Но... Ох, это было ещё далеко не мало!
Да, в руках её было не густо,
Ведь у Злости есть что-то, понадёжнее меча.
И это - мы. Мы её главное ружьё. Её душа.

Сжал Мастер свои губы в тонкую грань,
Сжал рукой меч и молча напал.
О, их битву стоило видеть!
Их ненависть друг к другу и слепой мог запросто развидеть!
Эмоция и Прогресс,
Ярость, техника, электричество, стресс.
На одной стороне стоят танки и электропровода,
На другой - эмоции, ярость, человеческая душа.
Занёс свой меч могучий Создатель,
Зарычала Злоба, хищно оскалив клыки.
И схлестнулись. Застонали, заскрежетали Миры.
И тут же дрогнула Земля.

IV:
Эмоция смотрела на это с живым интересом.
Она лечила Злобу, разоряла жилища людей,
А те злились, проклинали Мастера Миров.
-Лей их кровь, Злоба, беси людей, лей! -
Восклицала Эмоция с волнением глядя на дочь.
Наступила ночь.
Звезды вышли на небеса,
Где с ними воцарились Горечь и Тоска.
Люди оплакивают погибших,
Льётся алая река.
Река без камней, без травы, без берега.
Дочь Эмоции и Великий Создатель
Дерутся уже какие сутки.
Меч уж устал опускаться, атаковать,
Устал защищаться и в траву упал.
Опустился на колено Создатель Миров,
А над ним восстала уже, казалось, мёртвая Злоба.
-Ты хотел убить меня, жалкий самолюбивый?
Это ты хотел изничтожить меня, мой ты красивый? -
С жестокой усмешкой осклабилась Злость.
А Мир едва ли дышал, поражённый своим поражением
И через секунду бездыханным упал,
Истомленный этим сражением.
И дочь Эмоции, победосно смеясь, тут же его поглотила.
И тот, уже умирая во тьме,
Вспомнил зловещее пожелание Эмоции о его смерти.

"Будьте покойны тогда вы, милейший,
Да, я вам верю, но и вместе с тем желаю смерти скорейшей."
Она пришла в обличье дочери своей,
Развеяв в округе хаос и кучу смертей.
И умер тогда мудрый Создатель Миров,
Умер от руки Злобы, к пришествию которой не был готов.
Миры погрузились в пучину морскую,
Явив лишь один, пристанище людей безумных.
У них сохранился прогресс,
Но погибла душа,
Которую до того держала мудрая Создателя рука.
Да, он был хладнокровен, не знал он в жизни своей
Ни эмоций, ни добра, ни свадебных голубей.
Он погиб, и никто не оплакал его.
Он погиб, а Злоба торжествовала буйно.
Нет больше в мире никаких весов,
А осталась Злоба, к которой только человек мог быть готов.