Пушкин

Ему мы честь и славу воздаём
как первому из главных, из великих,
кто словом раздвигает окоём
земных путей на их горячем стыке,
на стыке их с дорогами креста,
что пролегают по святым канонам.
Досель недужат горькие места,
где, спотыкаясь, падал он со стоном,
где правило отчаяние им,
где слабину давал он (слабы все мы),
и где порой сомнений сизый дым
мешал решать задачи и дилеммы.
Ему, поэту, гимны мы поём.
И это замечательно, светло. Но
никто не без греха. И пред Христом
творил он покаянные поклоны.
Он – просто Божье чадо, человек.
И значит, всех похвал и пьедесталов
ему нужней, чтоб каждый имярек
молился о потомке Ганнибала.
Ведёт не гениальность в Небеса,
а вера, и любовь, и упованье.
Раб Божий Александр смотрел в глаза
сей истине, в глаза её блистанью.
А ежели и не смотрел, тогда
ещё насущней, братья, наша память,
ещё важней молений высота,
летящая над горькими местами.
Внесите же, врачуя даль времён,
включите имя это в сердцевины
родимых списков дорогих имён
для кровно-негасимого помина.
И вместе с ним другие имена
тех, кем земля полынная гордится,
о ком души немолчная страна
всегда зовёт и просит помолиться.