Горько

Я помню его глаза, я помню его голос, помню его губы, я помню его волосы… Я помню всего его по мелочам, а образ уже забыла. Прошло всего два года.
 Я скучаю по нему. Помню, как разговаривала с ним долго-долго, прижавшись щекой к его щеке, как слезы текли по рукам, по лицу, как я не хотела его отпускать. И правильно, что не хотела. Я больше его никогда не увижу, и лишь короткими звонками он напоминает о себе, а я уже не хочу помнить. Потому что помнить это все невыносимо больно.
Как же важно успеть. Успеть сказать, успеть приехать, успеть понять, успеть взять за руку.
У меня скоро свадьба. Свадьба с человеком, которого я безмерно уважаю, но я его не люблю. Представьте себе, что вы выиграли миллион и плачете, потому что он вам не нужен. Смешно? Нет, это не смешно. Мне он действительно не нужен. А кто-то просто опоздал, опоздал на много – много дней и слов, кто-то просто встретил не свое и сейчас, наверное, вспоминает меня, а я вспоминаю его. Мне сейчас наденут фату, я должна улыбаться, быть счастливой.  Если надо, то я буду счастливой. Для них. Для себя я выпью покрепче и попытаюсь забыться. Мне предстоит жить с этим человеком, готовить ему, когда-то родить детей. Он, безусловно, будет меня любить, называть «своей», обнимать. Мы будем смотреть вместе телевизор, покупать продукты, ездить в отпуск, но в каждый из этих моментов я буду представлять на месте него, другого. Какая я же я сволочь. Я уже ненавижу себя. Как я могу так врать человеку, врать бессовестно самой себе, врать всем вокруг. Сейчас я выйду из дома , мы поедем в загс, там я скажу «да»  и заплачу. Все подумают от счастья. А как же мне горько, как мне горько от того, что я больше не смогу даже в душе любить его, даже в сердце хранить его образ. Потом мы поедем в ресторан. Он будет держать меня за руку и говорить, как он счастлив, что, наконец, я его жена. Я, наверное, тоже ему что-то скажу, улыбнусь устало и буду часто выходить «пудрить носик». Я буду смотреть в зеркало в уборной, набирать номер того, кто сейчас далеко-далеко, кто выбрал не меня, а я не его и натыкаться на «аппарат абонента выключен».
Я  плачу, пью и плачу. А потом я иду танцевать. Моя мама, только она знает настоящую причину моих слез. С горечью смотрит на меня и на моего мужа, качает головой и отводит меня в сторонку. Она зовет меня выйти на улицу, где на скамейке сидит человек с букетом. Я сажусь рядом, он поворачивает лицо. И я вижу того, о ком думала весь день моей свадьбы. Он, молча, протягивает мне букет лилий, берет мою руку своей большой и холодной рукой, прижимает ее к своим губам и целует с жаром. На руку падает слеза, он поднимает голову и произносит слова, которые я ждала всю свою жизнь: «Я люблю тебя». Я подрываюсь с места, обнимаю его, плачу, он отодвигает меня, еще раз целует мою руку влажными от слез губами:
- Я опоздал. Опоздал на целую вечность. – После этих слов он встает, прижимает мою руку в своей щеке, отпускает ее и уходит. Я даже не пытаюсь его остановить. Я лишь сжимаю в руках его букет, уже не плачу. Его силуэт исчезает за поворотом, я еще долго смотрю ему в след.
В зале играет музыка, мой уже муж ищет меня. А я поняла, что и я опоздала, на целую вечность, на целую жизнь. Всего лишь два года. Два года, которые решили всю нашу жизнь. Безвозвратно упущено время.
Я танцую, кружусь с ним в вальсе, прижимаюсь к нему плотнее, хочу почувствовать тепло, но теперь я никогда не почувствую  тепла. Мои руки хранят его слезы, его холодность, его силу, его любовь. Я бы отдала все, чтобы еще раз взять его руку в свою.
Главное – успеть, главное понять, главное быть с любимыми.