Сказ об Иване Царевиче и молодильных яблоках, I ч

Сим утром всходило кроваво-красное солнце.
Оно не ласкало своими лучами тучи,
Не грело холодную, скорбью покрытую землю,
Бездушно алея всевидящим страшным оком.
Дажьбога десница сдавила порывы ветра
И шорох ветвей ледяных неподвижных сосен,
Да шуйцей утаен горячий огонь светила.
Застыла земля в утомительном тяжком вздохе.
Безлюдье сияло больными лучами света,
Рассыпавшись прахом снегов на кургане жизни,
И горько жалеет над ним безотрадный сокол,
Да плачет над холмом покойная гладь тумана.
Напевы Баяна сулили лихую долю.
Давно растворившись в стрибожьем воздушном царстве,
Поблекнули вещие песни под гнётом Кривды,
И смолк благогласный напев мусикии гусель.
Сим утром густой киноварью зачалась сказка,
А может, забытая быль голосами предков...

За склонами гор, за лесами да синим морем,
И камо ни пеший, ни конный попасть не в силах,
Куда не доплыть на ладьях и на лёгких стругах,
В лихие года протекала река Сморода.
На этой реке разостлался великий город,
Богатый искусством чудным мастеров-умельцев,
И правил тем градом князь славный благие лета,
И имя ему люди дали Дамир Премудрый.
Ни голод, ни мор не страшны были в эти годы,
Пожар не сжирал терема и не жёг овины,
В лесах обитало без счёта пушного зверя,
И славные битвы выну окончались пиром.
Привёл светлый князь в этот мир суетной три сына:
Демитрия Война, что выбрала длань Дажьбога,
Василия Векшу, способного множить деньги,
Да милого сердцу родительскому Ивана.
Исчезли лета за летами, за годом годы -
Состарился князь. Поседели кудрявы власы,
Изрезали крепко морщины худое лико,
Глаза пеленой затянуло, как льдом озёра.
Созвал он тогда сыновей пред слепые очи
В палаты просторные, убранные коврами.
Демитрий с Василием стали напротив старца,
А младший, Иван, сел у трона отца родного.
И рёк своим детям немедля Дамир Премудрый:
"Нещадное время! Закат настигает вешну,
Несётся за нею, заслыша стучанье сердца,
И волком терзает испуганную добычу.
Недолго осталось пройти до скончанья века,
И малое держит мой образ на белом свете.
Уже за плечом поджидает меня Морена
И смерть предрекает, осклабившися украдкой.
Но слышал я в ранние лета такую сказку,
Что внукам от дедов изустно передавалась,
А дедам от дедов известно преданье стало,
А деды дедов почитали ту сказку былью.
Они говорили, что где-то в далёких землях
Есть сад расчудесный, цветущий в жару и в холод,
Где воздух сияет красою цветов прекрасных,
И вонью благою доносится сладость мёда.
Растут там невиданные вековые древа,
Что высоко тянутся в самое поднебесье,
Их ветви усыпаны гроздьями спелых яблок,
Сверкающих золотом ярым монет чеканных.
Те яблоки могут вернуть мне былую силу
И молодость лет, да раскроют былое зренье.
Сыны! Кто добудет мне горсть молодильных яблок,
Того посажу я и князем над стольным градом!"
Опешили братья над отческими речами,
Молчали, смотря удивлённо друг другу в очи,
Ан княже Дамир восседал среди них спокойно.
Тогда стал Демитрий Дамирович слово молвить:
"Отец мой! Сейчас же отправлюсь я в путь-дорогу,
Найду чудный сад, сладким духом благоуханный,
Тебе привезу я плоды молодильных яблок
И князем воссяду над нашим уделом добрым!
Не будет тогда моим войскам на свете равных,
И битвы увенчаны будут большой победой,
Походы мои будут воспоминать потомки,
Напишут о них свои повести летописцы!"
Василий Дамирович следом за братом молвил:
"Отец мой! Я мигом вернусь с горстью дивных яблок,
И будет тогда наш удел процветать богатством,
Что видом не видывал люд на словутных землях!"
Иван молодой же головку свою понурил,
Пшеничными вихрами взор ото всех скрывая,
И тихо скимал с непотаяной болью в сердце:
"Добуду тебе, мой родной, молодильных яблок"
И приняли братья отцовское благословенье,
И стали готовиться княжичи в путь опасный.
Над младшим Демитрий Дамирович надсмехался:
"Ты мал ещё, братец, куда тебе с нами ехать?"
Да вторил ему, словно скворушка, брат Василий:
"Ты сгинешь один, ведь ты чистой воды дитятя!"
Иван не ответил речениям столь обидным,
И каждый из братьев пустился своей дорогой.