облака над храмом

стены стыли. блеск! бензин ползёт
пятнистой плёнкой и балтийский бриз,
мешаясь бирюзой, в солярный мёд,
качает [тихо] жжённый кипарис.

уже копыт замылен след. журавлями
пролетают города. за горизонты, облака,
и задраны нагретые мосты, [полями],
разлучённого архипелага острова!

точно вспять и восвояси пятит время,
убывая, зыбью отражения, сквозь пальцы.
точно и позор, и поруганье, что апреля
дымчатое племя, дюн скитальцы!

а земля идёт, спеша, сиреневым огнём
и небеса смешливо лязгают своей бронёй.
из зноя выплывает [белый кит], и в нём,
зангези! скользили полчища стрелой.

горы сиона тьмы и тьмы, но воеводы
вспыхнет алый меч и за кипящим морем
дали, берега кисельные! юность, годы
обернутся только мелким горем.

до какой черноты могли дойти голоса,
к такой синеве, в глазах, доходит тишина.
выгорает шар земной из ртути, полоса
лазури свойств предела лишена.

я любил тебя и не игрой воображения.
ты бросаешь взгляд вперёд и шире Волги,
ты исчезаешь никуда, но без прощения,
увязнет завтра во вчера, что волны.

и глядя в зеркало конца перспективы,
я гляжу себе в затылок, где шумят руины,
где весна всем спектром в шёпот ивы,
где в оазис тучно сходят бедуины.

2019 / 1 июня 2024