Из книги мой израиль2023 год

Пожар на горе Кармель

Огонь пришёл на пепелище
Взглянуть на дело рук своих
И был конечно же доволен.
Вот дом стоит- как будто  нищий.
И чёрный остов стен , как крик
Невыносимой страшной боли.

И забывается на время-
Огонь  приходит убивать.
Он уговоры не приемлет,
Идёт вперёд с упорством кремня.
Его  шального – не унять.

И красоты очарованье
вблизи – чернеющий провал,
сгоревший лес, где был кустарник
Лишь пепелище , только странник
  Один над пустотой рыдал.

Он стар, он лес этот лелеял,
Тропинки с малолетства знал.
Его домишко и аллею
Снесла с земли злодейка- фея.
Он ощутил что жить устал.

Ему хотелось раствориться,
Быть горсткой пепла, жаркий дым
Ложился на родные лица.
Сестрёнка в платьице из ситца.
Твой дом горел и  ты там был.

Пожар, еврейские домишки.
А было то давным- давно.
Счастливый маленький мальчишка.
Ты убежал и твой братишка.
Документальное кино.

Но ты его смотреть не можешь.
Крутилось семь десятков лет.
Душа горела вместе с кожей.
Так много пережил и прожил.
Счастливый вытянул билет.

Но на последнем пепелище
Устало сердце трепетать.
Твой ангел смерти встречи  ищет.
Жизнь между вами – третий лишний.
В последнем сне – отец и мать.
 

Нам, евреям, куда бежать

Нам , евреям куда бежать?
Мир большой, на курок нажать
Может каждый тридцать второй.
Кто ?  убийца или герой?
Кто- то знает , кому- то  видней.
ОН всех  видит, воров и гей
ОН безмолвен, бесплотен, но ОН
Испытает евреем огнём.
И уже  много, много раз
 на евреев летит фугас.
Слава Богу что выловлен до ,
До падения – пьём вино !
Мы , евреи, у нас страна.
А вокруг  нас поёт сатана.
И танцует, конфеты ест,
На евреях поставив крест.
Есть , убит ! У арабов экстаз.
Только свет ещё не погас.
Нет не надо траурных слов,
Упадём не в расстрельный ров.
Ночь гудела от звука серен
И тревожных вестей Си Эн Эн .


Междометий тяжелый ломоть
Бил по нервам расслабленным травкой.
А здоровья пошло на поправку,
Правда чувства, уйдя в анасарку
Не тревожили страхами плоть.

Нам дышали в затылок давно ,
Из новейших приятелей, снобов .
Их удачи и стиль их особый .
Говорили-  любые засовы
Мы откроем – а вам не дано.

Разгребая сугроб бытия
Не дано,  признаюсь, не сумели 
Восторгаться что вечно при деле,
При гостинице, яхте, отеле
И надежду в руках теребя

Ожидали пришельцев, легенды,
Приходили всегда не к тому,
Раздвигали нависшую тьму
Слишком часто шепча –“ не пойму”
Проиграв то ли жизнь, то ли тендер.


Ходил еврей восторженный всегда!
Свергать – свергал , при этом свято верил
Что для него откроются все двери,
Что для него – для бедного еврея
Написана когда- то – АГАДА .

И что ему виднее горизонт,
 что он пришел и он умеет править ,
умеет  предсказать , вести, возглавить .
Что он сумеет   сам себя прославить.
и что ему, конечно, повезёт.

Он грыз науки, был средь первых первым.
Он много знал и многое умел.
Плясал на сцене, проводил отстрел,
Участвовал во всем и беспредел
Ему был другом, но увы, не верным.

Когда- то Господа низверг  с души.
В подругах жизни русская Наташа.
А дети – нет не Лева и Абраша.
Зовут детей Надежда, Валя , Саша
А у Наташи братья алкаши.

Но как- то всё прекрасно повернулось .
Пришла свобода выбирать страну.
Империя вот- вот пойдет ко дну
За всё евреям попеняв в вину.
Но некому – евреев ветром сдуло.

Они опять трудились день и ночь.
Учили языки, экзамены, зачеты.
Какие- то оранжевые квоты.
И бюрократы ,словно бегемоты.
Не очень – то стараются помочь.

Но все прошло в плену десятилетий.
Пылятся на завалинках души
Воспоминанья, словно кореши .
Чернильницы, перо, карандаши.
А нынче виллы , процветают дети.

Какие страны? Нету на земле
Страны, где мы, евреи, незаметны.
Канада с мокрым снегом, сильным ветром.
Америка, Австралия , а кедры
Каштаны и березы снятся мне ?

О нет, конечно , никому не снятся.
купили виллу, трудно убирать ,
две девушки, лет эдак двадцать пять
Приехали из Конго, ах опять.
Все как всегда, как прежде повторится.

И мы искали место где покой,
Распахивает двери паж нарядный.
Где все здоровы, счастливы, на равных
Пришельцы из Марокко   и Уганды.
Но почему опять сирены вой ?


Ах  кого это слово согреет.
Ах кого поведет на пролом.
Мы одни в этом мире – евреи.
Есть у нас свой еврейский геном.

Знаю кто- то поморщится, вспомнив,
Есть евреи на этой земле.
И никто им не друг  и не ровня.
Все по ихней "случалось вине. 

Вечно в первом ряду у событий
Не еврей, значит полу еврей
Не любите вы нас, не любите.
Мы как раньше твердим "не убей"

. Мы все немного сумасшедшие,
Есть буйные и есть не очень.
Тысячелетия прошедшие
Страшилками приходят ночью.

Мы все немного ненормальные
Сознание- сосуд для маний.
Мы страны обожаем дальние
И на земле мы всех гуманней.

Порой подвержены депрессии
Ведущей редко к суициду.
Смущает  нас правитель Персии
Невзрачный, неказистый с виду.

Потомки   тех кто революцию
Свершал, свергая класс богатых,
Читают Ницше и Конфуция
И снова ищут виноватых .
 
У нас на всё четыре мнения.
По одному на ситуацию,
А по числу всемирных гениев
Мы первые- такая нация!

Умеем видеть в разном ракурсе
Врагов, друзей и соплеменников.
Умеем делать мега пакости
И выкупать умеем пленников.

Такие мы, планета кружится,
Выдёргивая поколения.
Принять  всегда готовы к ужину
Ракету, выстрел или премию

Ой евреи, не вешайте носа

Мне судьба  посылала подарки
И с рождением  мне повезло.
Хоть страной управляли кухарки.
Или сборище разных козлов

Мы по капле глотали свободу,
Не боялись попасть в лагеря.
Джаз, романтика, всё для народа.
А потом расступились моря.

Мы на глобусе выбрали страны
И поехал еврейский народ
Из России и Таджикистана
В свой ещё один, новый исход.

Обживались, учились. Вживались.
 На работу ходили, на спорт.
 Настоящие парижане
Англичане, датчане, но вот

Приключилась опять  незадача.
Наш любимый израильский вождь
Повелел – ехать надо иначе!
Всем евреям, ядреная вошь

Ни в какие Америки – глупость
Всем  в Израиль! Дорога одна.
Там получат тарелочку супа
И  тревожны ночи без сна.

На земле обетованной, предков
Будем жарить куриный шашлык.
Будем даже смеяться, но редко.
У кого- то появится шик.

Ну а впрочем, зачем нам Нью Йорки!
Вашингтон   или  штат Иллинойс
Ой евреи, уймите восторги
Ой евреи, не вешайте нос !
 




У евреев собственная гордость

У евреев собственная гордость,
приглашают их в Германию  пожить.
Торговать, учиться или шить.
Да, ещё им стоит поспешить .
Квота есть  и вот… аэропорты

Переполнены – въезжают . Пэ Эм Же.
Те кто в сорок первом не расстрелян
Очень, даже очень постарели.
Дети, внуки, правнуки, подельник
 И потомки умерших уже.

Им что Гамбург, Франкфурт ли на Майне
Или там Берлин в конце концов,
О культуре древних праотцов
Нет не знают, да в конце концов
Жизнь любого комикса коварней.

Из Полтавы и Улан Уде
Потянулся ручеек евреев.
Может гены древних макавеев
В браках не кошерных  захирели.
Есть конечно стойкие, но где?

И, как мандарин, возник вопрос
Под  воззванием – возродим евреев!
Привезем, заплатим, залелеим.
Вани, Коли станут Ионы, Леи.
Сын их Дима, он уже подрос.

На немецком говорит свободно.
Ганс и Ольбах   у него в друзьях.
Ой, ребята немцы, знаю , зря.
Не получится с культурой, ой нельзя
Возродить – идея благородна !

Из за самых благостных идей
Исчезали страны, континенты,
Но евреи, улучив моменты
Едут к немцам, как-то незаметно .
Не туда  водил их Моисей!

Всё с тельцом боролся, спорил с Богом
И искал дорогу, но куда?
Ой беда с евреями, беда.
Полюбив чужие города
Кто они забудут понемногу.

Еврейское местечко

Еврейское местечко, тихий стон.
Дыханье- шевеление травинок.
Огромный стол , позвякивание вилок.
А время смутное бессовестно застыло
С двадцатым веком плача в унисон.

Еврейское местечко . шумный дом
У каждого по семь сестёр и братьев
Израиль, Барух, Зев,  Розалья, Батия
И белая раскладывалась скатерть.
Субботняя молитва, а потом…

Прекрасна трапеза и затихает гвалт.
Горит свеча, отец из синагоги.
Нарядны дети , взгляд отцовский строгий
Немногим же из них, увы немногим
Судьба дарует сон шахерезад.

Пройдет всего лишь два десятка лет.
Не будет хедера, язык потерян предков
И браки с инородцами нередки.
И разлетелись из семейной клетки
В мир новый, где евреев нет.

Почувствовав себя одним народом
Советские евреи впереди.
Им дали власть и трое из пяти
Сумели ускользнуть или уйти
Как в забытье, как будто входят в воду.

Кто  девери ?  Иван, Сергей, Колян,
А в женах Даши, Нины и Алены.
Ну может быть Снежана  или Нона.
Карьера, стройки, черная Горгона
Мелькают Латвия, Узбекистан.

В НКВД , в постройке самолетов
Мы первые, такой достался ген,
Громадное желанье перемен,
Желание снести гирлянды стен
И рёв плотин –  и строек  века грохот.
 
Израиль 2012

Бомбы, бомбы, бомбы
  звуки серены, как вечность огромны.
Бомбы опять  не попали  в строенье.
Падают и исчезает мгновенье.
Бомбы, бомбы, бомбы!
Спрятаться. Где мой угол укромный?
Может быть где- то , Раанана , Питер .
Чёрные тени пришли из укрытий.
Чтобы напомнить – хоть спрятались  где- то ,
Пуля готова для вас и ракета.
Славно кирпичные замки плясали
Под облаками – наверно в Версале.
Ночь, разбиваются  прочные стены.
Наши желанья и мысли нетленны.
Плоть уходила , плоть  жалко дряхлела.
Мысль материальна, выйдя из плена
Страха за глыбу бушующих клеток
Стала понятным и честным  ответом.
Да, это так, распоясались бомбы.
Только душа, как и небо огромна!
Ей ли  труситься и плакать от страха
Если тела отправляют на плаху!
Снова ракета несётся стрелою.
Мне показалась кометой, звездою…



Сектор Газа

Тропинка узкая ведет тебя  не в рай.
Ты попадешь на  берег моря – Газа.
Да попадешь, но только твердо знай!
Уйдешь оттуда  трупом одноглазым.
Там демоны расположились жить
И дюны там раскрашивают желтым.
Мечта у всех одна – хотим убить
Евреев всех, послать    подальше, к черту.
Но чтобы им осуществить мечту
И день и ночь  они туннели роют
Ракеты бросят – ловим на лету.
Но верят что мечтать  конечно стоит.

Как живется мне в Израиле ?

Как живется мне в Израиле? прикольно !
 Мы ракеты перехватываем ловко.
А в столице нашей древней все спокойно .
И арабская разогнана тусовка.
Как живется мне в Беер Шеве? Да чудесно.
Только кружат, расшумелись, самолеты.
СМИ от новостей разбухли, словно тесто.
Ночью  слезы вытираю вместе с потом.
Нас ищут

Нас ищут и ищут  на этой планете ,
  младенцы годятся , старушки и дети.
Нас режут в Европе , в Израиле – дома.
Ничто для  убийц не приемлемо,  кроме…
Вид крови порадует или согреет,
Зарезать однажды в субботу еврея.
А где? Им не важно, ну хоть в синагоге.
Наш ОН  всё увидит , серьезный и строгий.
И снова дымится земля, как когда- то .
И брат  пистолет наставляет на брата.
Не будет прощенья, нахмурились боги.
Евреев убили враги в синагоге.
Всего- то молились , но кровью залита
Земля , на которой евреи убиты!


Исход

Трепещут страны полного исхода
Евреев, уходящих навсегда.
Стоим на палубе  стального парохода.
Который год? Какое время года?
Предчувствие евреев   что беда

Грозит тому ,кто пожелал остаться,
Засело в генах , много тысяч лет
Народы, с кем делили хлеб по братски,
Вдруг стали хитро, злобно огрызаться
И не зовут соседей на обед.

ПОРА! Еще уходят пароходы,
Взлетают самолеты в сотый раз.
Уходим мы не потому что мода.
Уходим мы, спасает нас природа,
Но только  тех кто знает – пробил час .

Взыграл шофар,  тфилин  и белый талес
Возьмем с собой в дорожном рюкзаке.
Портреты предков- Франция, Италия,
ЮАР ,  Россия, Украина, Дания.
Мы снова уезжаем налегке.

Прощай страна, заброшены могилы,
А камни кладбища на стройку увезут.
Из них  мечеть построят или виллу
И страны восходящего ИГИЛА
Танах с восторгом на костре сожгут.

А дальше что? Наступит запустенье.
Опутаны враждой, громят дома.
Гражданская война, горят строенья.
Еврейский ум, еврейское терпенье
Давно не с вами, видится едва.

Из- под руин снесенной синагоги,
И тех домов, где жил века еврей,
Вердикт для тех, кто  не забыл о Боге,
Стоит в раздумье горьком на пороге,
Судьба тихонько приоткроет дверь.