Я шелуха и ропот мутных вод,
Крылу птенца – бесстрастие картечи.
Ожог звезде и труса липкий пот,
Октябрьский дождь, спадающий на плечи.
Еще – земля, что рвет сухую плоть,
И глубоки те раны, словно русла.
Не засевалась я, чтобы полоть
И собирать хотя бы безыскусный
Плод, облаченный в письменный и устный
Язык. Но шелухе росток пшеничный
Даруй. Реке – избыток чистых вод,
Птенцу – влагать свой голос в гомон птичий,
Звезде – держать лучами небосвод.
И скрип ворот преобразуй в скрипичный
Фальцет. Так, в покаянье, возродится речь,
Дождь выльется и понесет землица,
Чтоб шелухой зерно, зерно облечь.
И с речью слово, слово возродится.
Метанойя
© Copyright: Татьяна Краюшкина, 2024
Свидетельство о публикации №124052302815
Свидетельство о публикации №124052302815
Рецензии
