Восточная сказка

Самоцветных шаров в перламутровые ячейки
Насыпает эмир, раскладывая калах,
Надоели ему и шахматы и дощечки
И танцовщицы надоели, увы и ах.
Пахлава, нуга, цукаты и дольки дыни
Нет, не радуют больше не глаз его не язык.
Краски тусклы и всё надоело. Отныне
Отменяется всё, к чему он уже привык.
-Что случилось возлюбленный наш повелитель,
Всё имеешь, вокруг, посмотри-твоё!
Ты поборник славы и чести ревнитель,
Расскажи мне, пока мы с тобой вдвоем.
Что тревожит тебя, не давая ни в чем покоя,
Отчего твои соколы зачехлены сидят,
Что могло, скажи, опечалить тебя такое,
От чего твой безрадостен и замирает взгляд.
-Я отвечу тебе мой визирь и советник верный,
Отчего я в задумчивости хожу по дворцу,
Я не молод уже, и так же как многие смертный,
И всё чаще думаю, что расскажу Творцу.
Всё я видел от гор до долин пустынных,
И диковин разных мне увидать довелось,
От людей и фолиантов старинных
Я слыхал о птице что убивает злость.
Говорят, что если она у тебя запела
Всё вокруг расцветает и сердце смиряет пыл,
И сияние небесное озаряет тело-
Я не слышал ее, хоть многое исходил.
-Ты скажи повелитель, как имя ее-отыщем,
Как сокровище мы к тебе привезем сюда,
Обойдем весь свет, острова и тысчи
Птиц заполнят дворец и даже твои города.
И эмир рубиновый шарик в ладони стиснул,
И закрыв глаза откинулся на топчан,
И задумчиво и протяжно, и тихо присвистнул,
И визирю верному медленно отвечал:
-Говорят что бывает на свете такая птица,
Что она от восхода до самой смерти поет,
Это нежность любви к одной лишь, одной девице,
Но пока я, визирь, не встретил еще ее.