словами

Хрустальный зов колоколов —
над старицею, над рекою.
И мне уже не надо слов,
чтобы с тобою, как с собою.
Так, чтобы не издалека —
а сгоряча, по самой сути,
как эта СУхона - река —
чьи воды не приемлют мути.
Чьи берега не берега,
а влага и туман низинный,
и изумрудами луга —
агатом русел середины.
И рыбий тайный полумрак,
стеблей с тенями пантомима.
И пауз абсолют и знак —               
в преддверье звука — анонима.   
И таковой возник — иссяк —             
других в ряду, других помимо.         
И слово — фора, или так? —            
конечно, встречное и мнимо.
Прибавь сюда неловкость фраз,   
неловкость глаз, надежды гавань —   
и ветви, полные сейчас
плодами, будущими яблонь.
В окно они войдут и дверь,
став изобильем ваз зелёных —
туда, где  абажура тень,
безмолвствует средь комнат тёмных —
где столь случилось — сколь ушло
и зарождались звуки сами.
Где мы на Вы — и то стекло,
что разбивается словами.