Пролог, который, впрочем, можно и не читать

Это токмо кажется тверезому человекусу, что вирши, как бы невзначай брошенные господином пиитом на его виртуальную страницу, спонтанны, разрозненны и никоим образом не связаны между собой. Нетушки: все крепко увязано в этом мире, и если ты камень передвинул на поле, ты уже нарушил порядок во Вселенной.
Некоторые деликатные поэтарии обязательно пишут в преамбуле к своим поэтицким изыскам что-нибудь в таком духе:"Мои литературные герои и я живём каждый своей жизнью, поэтому отождествлять нас не стоит".  Что касается аза многогрешного, то у меня как раз все наоборот. И если в стихосотворении у меня указано, что в качестве судового врача я отправился в морское путешествие, то так оно, скорее всего, и было на самом деле: 4 мая 1699 года именно я, Лемюэль Гулливер, а не кто-нибудь другой, и отправился в Южный океан на трехмачтовом бриге "Антилопа".
В моём собрании все представленные опусы это я или обо мне, в большей или меньшей степени, разумеется. А все вместе они - странички книги об авторе, их написавшем. Со всеми его примочками, фишками и прибамбасами.
Вы возможно захочите спросить у меня: а на шо тебе, мил друг, все эти хитромудрые происки и нелепые каверзы в нашем небогатом поэтицком колхозе? Отвечаю со всей пролетарской прямотой: а через потому что зван бых и приидох. Кем зван - догадывайтесь сами.