Письмо незнакомки из Серебряного века

               A letter of a stranger girl from the Silver Age
                (Translation into English is provided below)
 
(Отрывок из романа «Гуру.И и его Птица».)
Книга в настоящее время находится в процессе написания.)         


       * * *

ЛЮБИМЫЙ...МНЕ НЕ ПЕРЕДАТЬ
НИ ДЕЙСТВИЕМ НИ СЛОВОМ
КАК Я ТЕБЯ ЛЮБИЛА РАССКАЗАТЬ
НО ВРЯДЛИ Я ОБМОЛВЛЮСЬ ДАЖЕ ВСУЕ
И ЭТО ПОТОМУ ЧТО МНЕ ВДРУГ ПОКАЗАЛОСЬ
ЧТО ТЫ ВО МНЕ - ЛЮБИЛ ДРУГУЮ...

НО МЫ ЖЕ ДРУГ ДЛЯ ДРУГА - ВСЁ
И СКОЛЬКО НЕ ДЫШУ ТОБОЙ - НЕ НАДЫШАЛАСЬ
А ДНИ ЧТО ВМЕСТЕ РАЗВЕ ПОВТОРИМЫ
Я В НИХ ЦЕНЮ ЛЮБУЮ МАЛОСТЬ
ВСЁ ПОТОМУ ЧТО ЭТО ТЫ - ЛЮБИМЫЙ

МОЙ ПЕРВЫЙ ОПЫТ ДЕВЫ ЮНОЙ
В КОМ ВИДЕЛА Я ДРУГА ВЕРНОГО И МУЖА...
ПРЕДСТАВИТЬ РАЗВЕ Я МОГЛА
ЧТО СМОЖЕШЬ С ЛЁГКОСТЬЮ ПОКИНУТЬ ТЫ МЕНЯ
И ИЗ ОБЪЯТИЙ ЖАРКИХ БРОСИТЬ В БЕЗДНУ СТУЖИ

Я ПОМНЮ КАЖДЫЙ ДЕНЬ С ТОБОЮ
ГУЛЯНЬЯ В ПАРКАХ БЕЗМЯТЕЖНЫЕ БЕСЕДЫ
ТВОЙ ПЕРВЫЙ ПЫЛКИЙ ВЗГЛЯД
МНЕ ГОВОРИЛ ЧТО ТЫ МНЕ ДАН СУДЬБОЮ
И БОГ С ТОБОЮ В ЧЁМ БЫ НИ БЫЛ ВИНОВАТ...
Я ПОМНЮ -  СЛОВНО ТЕНИ В СТАРЫХ АРКАХ
ЛЮБОВЬЮ НАШЕЙ РАССТВОРЯЛИСЬ НАШИ БЕДЫ

ТЫ ПРИЧИНЯЛ МНЕ БОЛЬ И Я ЕЁ ПРОЩАЛА
ТЕПЕРЬ... НАВЕРНОЕ УЙДУ...
В ГЛАЗАХ ТВОИХ ТОНУТЬ ВСЕГДА МНЕ БЫЛО МАЛО
ПОД ЭТИМ ВЗГЛЯДОМ  БОЛЬ СВОЮ Я ЛИШЬ НА ВРЕМЯ ЗАБЫВАЛА
И ЛИШЬ НА ВРЕМЯ СНОВА ВЕРИЛОСЬ В СУДЬБУ
ОНА РЕШИЛА БЕССЛОВЕСНО РАСПОРЯДИТЬСЯ ЗА ТЕБЯ
И ДАТЬ ПОНЯТЬ -  ЧТО СТРАСТЬ БЫЛАЯ НЕУМЕСТНА
ЧТО МОЙ ЛЮБИМЫЙ БЫЛ - МОЙ ОПЫТ ДЛЯ МЕНЯ

О... КАК ЖЕ БОЛЬНО СЕРДЦУ МОЕМУ - ОНО ТЕРЗАЕТСЯ
ОНО НЕ ЗАБЫВАЕТ ПРО РАДОСТЬ ПЕРВЫХ ВСТРЕЧ
ОНО НЕ ОСТЫВАЕТ - МЕЧТАЕТ ПЛАЧЕТ И ПЫЛАЕТ
ЕМУ НЕВЕДОМО ЧТО ЧУВСТВА МОГУТ ЖЕЧЬ
А РУКИ ЧТО ЛАСКАЮТ МОГУТ СЕЧЬ

ТЕПЕРЬ...Я ЗНАЮ ЧТО НЕ НУЖНО БЫЛО
СЕРДЕЧКУ ЧИСТОМУ ТАК СИЛЬНО ОТКРЫВАТЬСЯ
СКВОЗЬ РАДОСТЬ ДНЕЙ СТРЕМИТЬСЯ К ДНЯМ УНЫЛЫМ
ТАК ПРОСТО И БЕЗДУМНО ТЕБЕ СДАТЬСЯ
ХОТЯ СОМНЕНИЯ ОХВАТЫВАЛИ РАЗУМ
ИХ ИСКРЕННЯЯ ВЕРА ПОБЕЖДАЛА
Я ТВЁРДО ЗНАЛА - ТЫ МОЯ СУДЬБА
А ВСЕ ВОКРУГ КТО ПРОТИВ - ТЕ НЕ ПРАВЫ
Я В ЭТОМ И СЕБЯ И БЛИЗКИХ УВЕРЯЛА

И ВОТ ПРИШЛО ОНО - ТО ЛИ РАСПЛАТА ТО ЛИ ОЗАРЕНЬЕ
ПЕРЕДО МНОЮ МОЕЙ ЖИЗНИ ПОЛОТНО
НА НЁМ -  МОЙ МИР А В НЁМ - МОИ СОМНЕНЬЯ
И ТО КАК БОЛЬНО Я БЫЛА БОЛЬНА ТОБОЙ
И ТО КАК ДОЛГО ЖАЖДАЛА ПРОЩЕНЬЯ

ТЕПЕРЬ... ТЕБЯ ПРОЩАЮ УХОДЯ
БЕССЛЕДНО ИСЧЕЗАЯ БЕЗ ОГЛЯДКИ
ВСЁ ПОМНЮ МИЛЫЙ - УХОЖУ ЛЮБЯ
И С ВЕРОЮ В СЕБЯ А ДЛЯ ТЕБЯ
ПУСТЬ Я ОСТАНУСЬ
НЕРАЗГАДАННОЙ ЗАГАДКОЙ

      * * *
 ТЕЛЬ-АВИВ 18.03.2024  ДЛЯ О.Л
                * * *

(Excerpt from the novel *Guru.I and His Bird.*
The book is currently in the process of being written.)


A Letter of a Stranger Girl from the Silver Age
Piterka Badmaeva Olga


       * * *

My beloved... I cannot convey,
Neither through actions nor words,
How deeply I loved you.
But now, I will not even mention it in passing,
Because suddenly it seemed to me—
That in me, you loved another.

But we were everything to one another,
And no matter how much I breathed you in,
It was never enough.
The days we spent together—can they ever be repeated?
I treasured even the smallest moments,
Because it was you—my beloved.

You were my first,
An innocent girl’s dream of a loyal friend, a husband.
Could I have imagined
That you would so easily leave me?
From fiery embraces, casting me into the abyss of frost.

I remember every day with you—
The walks in the parks, the serene conversations,
The first fiery gaze you gave me,
Telling me you were sent by fate.
And God be with you, no matter your faults.
I remember—like shadows in old arches—
Our love dissolved all our troubles.

You caused me pain, and I forgave it.
Now... perhaps I will leave.
Drowning in your eyes was never enough for me.
Under that gaze, I only forgot my pain briefly,
Believing in destiny for just a moment.
It made its silent decision for you,
Letting me understand—
The passion we once had was no longer meant to be.
You, my beloved, were my lesson to learn.

Oh... how my heart aches—it’s tormented,
Unable to forget the joy of our first meetings.
It doesn’t grow cold—it dreams, it cries, it burns,
Unaware that feelings can scorch,
And the hands that caress can also cut.

Now... I know, I should never have
Opened my pure heart so fully.
Through days of joy, rushing towards gloomy ones,
Surrendering to you so simply, so thoughtlessly.
Although doubt gripped my mind,
My sincere faith triumphed.
I knew with certainty—you were my destiny.
And all who doubted it were wrong.
I convinced myself and others of this truth.

And now, it has come—whether punishment or enlightenment,
The canvas of my life lies before me.
On it—my world, and within it—my doubts,
And how deeply I suffered for you,
And how long I yearned for forgiveness.

Now... I forgive you as I leave,
Disappearing without a trace, without looking back.
I remember everything, my dear—I leave, loving you still,
And with faith in myself. As for you,
Let me remain
An unsolved mystery.

Tel Aviv, March 18, 2024
        * * *
For O.L                ..............
A Letter of a Stranger Girl from the Silver Age

by Piterka Badmaeva Olga
poetic translation by Guru.I

        * * *

My love… I cannot speak,
not by a word, nor by a trembling gesture,
of how I loved you —
no sound would dare approach that truth.
For suddenly I felt you held within my soul
a love that was not mine… but someone else's.

And yet — we were each other’s world.
And though I breathed you deep,
my breath could never reach your depth.
Those days we shared — can they return?
I cherished every smallest grain of them,
for each was touched by you — my only one.

My first awakening as a youthful maiden —
in you I saw a friend, a guardian, a husband-to-be.
How could I ever dream
that you, so easily, would let me go,
and from your burning arms
cast me into winter’s fathomless abyss?

I still recall each day with you:
our wandering walks, our quiet talks,
your first impassioned glance —
it told me you were given by my fate.
And God, though He may judge you for your sins,
left me remembering
how in the dim and ancient arches
our love dissolved the weight of all our sorrows.

You wounded me — and I forgave.
And now… perhaps I’ll go.
To drown in your eyes was never quite enough.
Your gaze let me forget my pain — but only for a while,
only long enough to trust again in destiny.
But destiny has spoken, wordlessly, for you:
that all the fire we once held is no more fitting —
that you, my love, remain a lesson meant for me.

Oh… how my heart still cries —
it burns, it dreams, it weeps.
It never learned
that love may scorch,
or that the very hands which warm
may just as swiftly cut.

Now I know — I should have never opened
my innocent heart so wide.
Never surrendered so completely,
on a whim, unthinking, into your hands.
Though doubts would tremble in my mind,
my faithful hope would conquer them.
I told myself — and all who dared oppose —
that you were my true fate.
Even my loved ones I convinced.

And now it comes —
whether retribution or enlightenment —
the tapestry of my life unfolds before me.
Upon it — my world,
and in it — my doubts,
and all the ways my soul was ached by you,
and all the years I thirsted for forgiveness.

Now… I forgive you, as I go.
I vanish without a trace, without a backward look.
I remember everything, my dear —
I leave still loving you…
and with new faith in myself.
And for you —
let me remain
a riddle never solved.

    * * *
Письмо незнакомки из Серебряного века

Питерка Бадмаева Ольга
поэтический перевод Guru.I

     * * *

Любовь моя… Я не могу сказать,
ни словом, ни дрожащим жестом,
о том, как я любила тебя —
ни один звук не осмелился бы приблизиться к этой истине.
Внезапно я почувствовала, что ты хранишь в моей душе
любовь, которая была не моей… а чьей-то другой.

И всё же — мы были миром друг друга.
И хотя я глубоко дышала тобой,
мое дыхание никогда не могло достичь твоей глубины.
Те дни, что мы провели вместе — могут ли они вернуться?
Я дорожила каждой их крупицей,
ибо каждый из них был тронут тобой — моим единственным.

Моё первое пробуждение юной девой —
в тебе я увидела друга, защитника, будущего мужа.
Как я могла мечтать,
что ты так легко отпустишь меня,
и из своих пылающих объятий
бросишь меня в бездонную бездну зимы?

Я всё ещё помню каждый день с тобой:
наши прогулки, наши тихие разговоры,
твой первый страстный взгляд –
он сказал мне, что ты мне дан судьбой.
И Бог, хоть он и может судить тебя за твои грехи,
оставил меня вспоминать,
как в тусклых древних арках
наша любовь растворила тяжесть всех наших печалей.

Ты ранил меня – и я простил.
А теперь… возможно, я уйду.
Утонуть в твоих глазах было недостаточно.
Твой взгляд позволил мне забыть боль – но лишь на время,
только чтобы снова довериться судьбе.
Но судьба безмолвно сказала за тебя:
что весь тот огонь, что мы когда-то несли, больше не нужен –
что ты, моя любовь, остаёшься уроком, предназначенным мне.

О… как моё сердце всё ещё плачет –
оно горит, оно мечтает, оно рыдает.
Оно так и не узнало,
что любовь может обжечь,
или что те самые руки, которые согревают,
могут так же быстро ранить.

Теперь я знаю — мне никогда не следовало открывать
своё невинное сердце так широко.
Никогда не отдавалась так полно,
по прихоти, бездумно, в твои руки.

Хотя сомнения трепетали в моём разуме,
моя верная надежда побеждала их.

Я говорила себе — и всем, кто осмеливался противиться, — что ты моя истинная судьба.

Даже своих близких я убедила.

И вот оно приходит —
будь то возмездие или просветление —
картина моей жизни разворачивается передо мной.

На нём — мой мир,
и в нём — мои сомнения,
и всё, как ты терзала мою душу,

и все годы, что я жаждала прощения.

Теперь… я прощаю тебя, уходя.
Я исчезаю без следа, без оглядки.

Я помню всё, моя дорогая —
я ухожу, всё ещё любя тебя…
и с новой верой в себя.
А для тебя —
позволь мне остаться
неразгаданной загадкой.

       * * *

A Letter of a Stranger Girl — Shakespearean Version
translated by Guru.I

     * * *

My dearest love…
No mortal tongue could shape the truth
of how my soul did cleave itself to thine.

Perchance thou lovedst, within my tender frame,
another’s ghost, and not my living heart.

Yet were we two a universe entire,
and though I breathed thee deep,
my breath was frail
to grasp the fullness of thy distant fire.

Those days we shared —
no hourglass may return.
Each moment was a jewel on fate’s dark thread.

My maiden trust I laid within thy hands,
and dreamed thee steadfast —
husband, friend, and guide.

But thou didst cast me lightly from thine arms,
from summer’s warmth into the frost of night.

I mind our walks, our whispers in the shade,
the glance that lit thy face —
a sovereign sign
that destiny had writ thee in my stars.

Thou gav’st me wounds —
and I forgave them all.

But now… methinks I must away from thee.

Thy gaze, that drowned my sorrow for an hour,
could never calm the storm within my breast.

Fate answered for thee where thy silence lay,
and taught me this:
that what we named as passion
was but a lesson writ upon my heart.

O, how it burns —
this heart that knew thee once,
and still, in spite of reason, dreams of thee.

It never learned that gentle hands may cut,
nor that a kiss may be the blade beneath.

Yet now I see —
my soul was opened wide
when caution should have kept its chamber locked.

The tapestry of life unfolds at last:
my doubts, thy sins,
the ache of loving thee.

And so, I go —
forgiving as I part.
No backward step.
No echo in my wake.

Remember me —
not as I lived beside thee,
but as a riddle left to trouble thee
when night is deep,
and thou art most alone.

     * * *
Письмо незнакомки — Шекспировская версия
в переводе Guru.I

    * * *
Моя дорогая любовь…
Ни один смертный язык не мог бы выразить правду
о том, как моя душа прильнула к твоей.

Быть может, ты любил в моём нежном теле
чужой призрак, а не моё живое сердце.

И всё же мы были целой вселенной,
и хотя я глубоко дышал тобой,
мое дыхание было слабым
чтобы охватить полноту твоего далёкого огня.

Те дни, что мы разделили —
не песочные часы не вернутся.
Каждый миг был драгоценным камнем на тёмной нити судьбы.

Моё девическое доверие я вложила в твои руки
и мечтала о тебе твёрдо —
мужем, другом и наставником.

Но ты легко бросил меня из своих объятий,
из летнего тепла в холод ночи.

Я помню наши прогулки, наш шёпот в тени,
взгляд, озарявший твоё лицо –
великий знак,
что судьба предназначила тебя моим звёздам.

Ты нанёс мне раны –
и я простил их все.

Но теперь… мне кажется, я должен уйти от тебя.

Твой взгляд, на час заглушивший мою печаль,
никогда не мог утихомирить бурю в моей груди.

Судьба ответила за тебя там, где лежало твоё молчание,
и научила меня вот чему:
что то, что мы называли страстью,
было лишь уроком, начертанным в моём сердце.

О, как оно горит –
это сердце, которое знало тебя однажды,
и всё ещё, вопреки рассудку, мечтает о тебе.

Оно так и не узнало, что нежные руки могут ранить,
ни что поцелуй может стать лезвием.

Но теперь я вижу –
моя душа была распахнута настежь,
когда осторожность должна была держать её комнату запертой.

Наконец, разворачивается полотно жизни:
мои сомнения, твои грехи,
боль любви к тебе.

И вот я ухожу —
прощая, расставаясь.
Ни шага назад.
Ни эха по моему следу.

Помни меня —
не такой, какой я была, когда жила рядом с тобой,
а как загадку, оставленную, чтобы тревожить тебя,
когда глубока ночь,
и ты совсем одинок.

    * * *