садится солнце. улицы пусты
как здесь всегда бывает в воскресенье,
и пьяница, опершись о костыль,
нужду справляет у дверей кофейни.
я кем-то был, но я уже забыл,
уехал, переехал, попрощался.
так Даль определяет слово быль:
нельзя и невозможно возвращаться.
так бахают настенные часы,
так макароны времени на вилку,
у бабушки уже растут усы,
и мелочь глухо падает в копилку.
а значит – к черту! нечего жалеть!
давай, Собянин, демонтируй арку,
куда трамвай едва ли мог пролезть,
чтобы приехать к бауманскому парку.
и чистый пруд, и киевский вокзал,
и крыша, где мы целовались с мирой,
и все что я когда-то не сказал,
и все что будет продано с квартирой
не загрузилось в новую игру:
прости, чувак, я перепутал кнопку.
я стану старым. а потом умру
и выйду на футбольную коробку.
Свидетельство о публикации №124031304539