Сказ про Ивана и карму

Снова утро наступило, петухи давай орать,
И Ивану спозаранку этим начали мешать.
Он глаза открыл, ругнулся: «На работу, мол, опять!
Не дают, блин, человеку по-нормальному поспать!»
Стал он судорожно думать, как работу прогулять,
И подальше, но законно бригадира бы послать.
Думал он минут пятнадцать, от усилий аж вспотел,
Полежал, потом поднялся, походил немного, сел.
И вдруг по нейронным связям электрический разряд —
Мысли встали все на место, этим мыслям был он рад.
И с хорошим настроеньем пил он чай, ел колбасу,
На работу шёл неспешно, ковыряясь в носу.
И по каменюкам в речке, словно стрекозел, скакал,
Поскользнулся, покачнулся, чуть было в воду не упал.
На работе всё стабильно, у механика развод:
«Беларус» его родимый прям у запасных ворот.
Бригадир нарезал, падла, три гектара, твою мать!
Это ж вам не прогуляться, это ж нужно всё пахать!
Но Иван пахать не думал, план его шикарен был —
Поломать решил он трактор, на работу он забил.
И, схватив отвёртку в руки, молоток и гвоздодёр,
Не задерживаясь боле, план осуществлять попрёл.
Шумно на дворе и людно, все готовятся в поля,
Лишь Иван отвёрткой долбит по приборам у руля.
У трактора капот откинут, рядом колесо лежит,
Матюкаясь, как сапожник, бригадир к нему бежит:
«Что ж ты, Ваня, ёлы-палы, тут работа, а ты вот!
Ты давай мозги не делай, собирайся и вперёд!
Тут, Егор Максимыч, видишь, не напасть, а прям беда:
Колесо пробил, похоже, и замкнули провода.
Не заводится, зараза, радиатор вон течёт,
И такого меня в поле ну совсем никто не ждёт.
Ты, Иван, давай мне дуру не гони прямо с утра!
Колесо сейчас залепим, дёрнем трактор — и ура!
Нам пахать землицу нужно, Ваня, времечко не ждёт.
Трактор твой мы щас починим, это ж чай не вертолёт.
Да и вертолёт смогли бы починить, если бы вдруг
Подцепить к нему сумели борону да плуг.
В общем, колесо в охапку, к Сане, клейте там и в путь,
Только ты ж, когда заклеешь, не забудь его надуть!»
Ваня вылез из кабины, потянулся, закурил
И, не торопясь, в бытовку колёсчатко покатил.
Клеил Ваня колесо ровно до обеда,
С Саней шла неспешная, чинная беседа.
А потом обедал долго, словно граф Толстой,
Выкурил две сигареты, захотел домой.
Короче, колесо заклеил часам где-то к пяти.
Какая уж работа, домой пора идти.
Начальство где-то в поле — анархия, ништяк.
Домой потопал Ваня и, лишь прибавив шаг,
Увидел в туче пыли Максимыча УАЗ.
Ему сигналит длинно — не глаз, блин, а алмаз!
«Как он меня увидел, как он меня узнал?
Ведь я в дыру в заборе нырнул, как нелегал,
В кустах на брюхе ползал и поцарапал нос.
Чего ему, блин, надо, кой чёрт его принёс?»
Кричит Максимыч зычно: «Ванюша, гой еси!
Куда собрался, Ваня?» — и, вытерев усы,
Глаголет: «Слушай, Ваня, раз безлошадный ты,
Сруби-ка ты, наверное, вот эти вот кусты.
Сходи на склад к Марине, возьми у ней топор.
Срубить сегодня нужно». — «Ну ладно, я попрёл».
Тут Ванин план сломался, кустов-то до хрена,
И топором фигачить придётся дотемна.
А за сим шлю вам поклоны, и сказ сей завершаю.
О чём ещё писать тут, я более не знаю.


04.03.2024