1. 27. Папа, я разберусь...

       Как вы помните, у нашего канцлера имелась дочка, которая очень походила на единственную дочь короля, но была на два года старше ее. Девочки учились и воспитывались вместе, но в юном возрасте два года — это уже большая разница. Особенно, когда одна из девушек — принцесса, а другая — всего лишь баронесса чего-то там в глухой провинции.
       Да и склад характера у них был совершенно разный. Принцесса в шестнадцать лет все еще спала с игрушками. А юная баронесса к тому времени уже умела ездить верхом, превосходно танцевать, флиртовать с кавалерами и раскрывать придворные интриги. В последнем она весьма преуспела — настолько, что в ее присутствии господа и дамы начинали думать прежде, чем хоть что-то сказать.
       Но все же придворная жизнь казалась девушке скучной, пресной и однообразной. И вот однажды баронесса пришла к своему отцу в канцелярию и попросила дать ей настоящую работу — интересную, ответственную и увлекательную. Что-то вроде секретного агента при королевском дворе.
       — Ну, хорошо… — произнес канцлер, понимая, что активную девушку, так или иначе, нужно чем-то занять — иначе она сама найдет приключений на свою пятую точку. — Видишь, в моей приемной по углам громоздится куча коробок? Это архив канцелярии за последние пять лет. Его надо разобрать, упорядочить, описать и снова собрать — так, чтобы было известно, где лежит каждая бумажка.
       — М-м… Я не такое имела в виду… — простонала баронесса, прикинув необъятный фронт «настоящей» работы. — Для этого у тебя есть секретарша. Почему она не разобрала эти бумажные баррикады?
       — Секретарша регистрировала документы, но реестр не вела — отговаривалась,  что не успевает, а сама постоянно бегала куда-то, вертихвостка… А неделю назад собрала вещи и исчезла без следа! Ходят слухи, что она отправилась к любовнику — какому-то провинциальному графу. А жаль, у нее такой красивый почерк был — прямо на загляденье! Где еще такую каллиграфистку найдешь?
       — Ну папа…
       — Извини, доча, другой работы у меня нет. А если ты хочешь добиться хоть чего-то в жизни — учись быть усердной, усидчивой и настойчивой!
       — Хорошо, папа — я разберусь с этим… — вздохнула девушка и с головой погрузилась в бумажный ад.
       За неделю она не просто разобрала всю документацию королевской канцелярии, но и узнала, как ведется делопроизводство. Все документы подготавливались писцами в двух экземплярах, и каждому присваивался номер, чтобы можно было установить исполнителя. Далее бумаги сосредотачивались в приемной, и канцлер ежедневно носил их на подпись королю.
       К сожалению, Его Величество имел дурную привычку не читать то, что подписывал. У канцлера было слабое зрение — он перекладывал ответственность за правильность составления документов на начальника писчего отдела. Ну а у того было столько забот и хлопот, что главный писец успевал вычитывать и корректировать лишь самые важные документы — законодательные акты и дипломатическую переписку.
       Внутренняя переписка королевства, касавшаяся самых обычных, повседневных вопросов, по сути, никем не читалась — за исключением самих писцов. И, возможно, секретарши, которая штамповала исходящую документацию специальным магическим штампом. Он выдавал оттиск, защищающий от подделок, и текущую дату, которую невозможно было изменить.
       Вот с датой-то и возникли вопросы. Перешерстив и упорядочив архив канцелярии по исходящим номерам, баронесса заметила, что некоторые бумаги регистрировались более поздней датой, чем это должно было быть, исходя из порядка поступления документов в приемную. Получается, эти бумаги просто лежали день-другой, прежде чем им дали ход. Или же не просто лежали?
       Выборка и изучение «запаздывающих» бумаг позволили сделать неожиданный вывод: все эти документы были написаны изящным каллиграфическим почерком секретарши — его сложно было спутать с чьим-либо другим. У повелительницы приемной имелась возможность переписать любое письмо, которое попадало к ней на стол.
       По содержанию эти бумаги были самыми обычными — королевские распоряжения, запросы на места, ответы на письма. Лишь внимательно вглядевшись в их содержание, можно было заметить, что некоторые слова сдвигались по тексту, некоторые были не вполне удачно заменены, а некоторые и вовсе написаны с ошибками — так, словно писец был не шибко грамотным.
       И только видя всю подборку целиком, можно было догадаться, что самые заурядные письма, попадая в творческие ручки секретарши, превращались в изящные шифровки! Конечно же, ей требовалось время, чтобы превратить обычный документ в письмо с секретной начинкой. Вот поэтому и возникали ситуации, когда дата регистрации смещалась на один-два дня. А потом все эти шифрованные документы направлялись в один и тот же адрес — в пограничное графство на западе королевства.
       Но без таблицы расшифровки тут ничего не докажешь. Одно дело — в архивах копаться. И совсем другое — инициировать королевское расследование всего лишь на основании подозрений. Так что канцлер не решился беспокоить Его Величество по такому сомнительному вопросу.
       — Извини, у меня нет полномочий на следственные действия, — вздохнул канцлер, видя укоризненный взгляд своей дочери. — Я всего лишь бумажная крыса. Разве что ты сама…
       — Хорошо, папа — я разберусь, — ответила баронесса. И, закончив работу с архивом, отправилась в путь — туда, куда направлялись шифрованные письма.
       Выяснилось, что королевская почта приходила прямо в поместье графа — записного ловеласа и коллекционера платков высокопоставленных дам. Впрочем, эта страсть захватывает многих. Ведь в средневековой культуре платки — это, по сути, визитные карточки. Как правило, на них имеются вышитые гербы владелиц, личные инициалы, а также некоторые тайные знаки, показывающие, что: а) дама свободна, б) дама не против, в) супруг в длительной командировке!
       Графская прислуга, напуганная визитом «тайной помощницы» канцлера в сопровождении пары суровых охранников, сообщила, что недавно к их господину инкогнито прибыла некая девица. Сначала они отправились в охотничий домик, а оттуда собирались отбыть за границу. Но тут кое-что не увязывалось — пересечение границы требует документов и подорожной грамоты. А государственным чиновникам выезд за границу и вовсе запрещен — понятно, по каким причинам.
       А как же граф? Он ведь не повезет пачку казенных документов через границу — к нему сразу возникнут вопросы. Значит, он передавал шифровки кому-то на этой стороне. Тому, кто может пересечь границу, не привлекая внимания. Охотничий домик идеально подходил для этой цели — вокруг дремучий лес, из прислуги один глухой дед, а граница — рядом.
       Дед хоть и был глухой, но оказался вполне зрячий — он ловил рыбу в пруду и углядел под водой труп секретарши со свернутой шеей. Понятно, что судьба исполнителей грязных дел незавидна — от них всегда стараются избавиться в первую очередь.
       Но, в отличие от наивной влюбленной девицы, которую, видимо, просто использовали, граф-то должен был понимать, в каком опасном процессе он участвует! И какие неприятные последствия могут возникнуть для него самого!
       Значит, граф должен был перестраховаться — чтобы от него самого не избавились. Обыскали охотничий домик — ничего не нашли. Обыскали с пристрастием — тот же результат.
       И лишь цепкий взгляд баронессы заметил за оградой дерево с дуплом, куда можно было дотянуться только из седла. Там-то и хранился кожаный саквояж с предостерегающей запиской и коллекцией графа. Но в этой коллекции были не только платки знатных дам, а еще и их волосы. Причем отнюдь не те, что на голове растут!
       Говорят, из волос с интимных частей тела можно приготовить любовное зелье, которое безотказно действует на их владельца. Если это действительно так — граф многолетним шпионажем подготовил себе феерический заграничный любовный тур! Маркизы, герцогини, принцессы и даже парочка королев — все они ждали своего постельного мессию, еще не подозревая о его существовании.
       Вот только у главного шпиона планы на будущее господина сердцееда были несколько иными. Собаки взяли след и вывели баронессу на полянку. Посреди нее в куче угля и пепла лежал обугленный скелет — все, что осталось от любвеобильного графа.
       А рядом в грязи отпечатались следы странных лап — пары львиных и пары орлиных. Теперь стало понятно, каким образом секретные сведения покидали королевство — по воздуху, с помощью грифона. Ручные грифоны в этом мире были редкостью — их могли себе позволить лишь очень высокопоставленные особы. А также — высокопоставленные шпионы.
       Этого мастера шпионажа звали Окуляр — за наблюдательность, дальнозоркость и умение фокусироваться на мелочах. Он предпочитал перемещаться по воздуху, всегда был оперативен и все схватывал на лету. У Окуляра имелась собственная сеть сбора ценной информации, раскинутая по разным странам — за это его вполне уместно называли Королем шпионов. Окуляру было все равно, на кого работать и за кем следить — кто платит больше, тот и прав. Он предлагал свои услуги самым разным правителям и мог добыть такие сведения, за которые платят любые деньги и убивают без колебаний.
       Следы этого опасного врага уходили за границу. Только там можно было продолжить поиски, основываясь на скудных сведениях покойного графа о тайных связях его убийцы. Но лишь у короля имелось право посылать заграничных шпионов. Канцлер такими полномочиями уж точно не обладал.
       — Извини, доча… — вздохнул канцлер, потупившись под укоризненным взглядом баронессы. — Я знаю, что ты очень старалась и многого достигла. Поэтому я могу доверить тебе самую важную и ответственную работу нашего королевства — быть моим личным секретарем. Но про Окуляра забудь — Король шпионов нам не по зубам! Если мы начнем разматывать этот клубок — это может плохо кончиться для нас обоих!
       — Ничего, папа, когда-нибудь я разберусь и с ним, — сдержано ответила баронесса. — Противник у нас действительно серьезный, и я должна многому научиться прежде, чем вступить с ним в схватку. Я должна освоить каллиграфию, чтобы мои письма было не стыдно подавать королю на подпись. Еще я должна научиться шифрованию, чтобы составлять секретные донесения. Также мне не помешает обучиться владению шпионским оружием. Но прежде всего я должна научиться читать души людей — чтобы понять, кто на что способен. Кому можно поручить искать секретные материалы, а кому разве что метелку для уборки. Кому стоит доверять ответственные задания, а кому и яйца выеденного не стоит доверить. Ну и самое главное — кого имеет смысл вербовать, а на кого не стоит тратить и секунды своего драгоценного времени.

       Мораль: Даже в куче мусора можно найти бриллиант истины. Главное — уметь, хотеть и проявлять усердие!