Скиф

Было это в древности глубокой
На земле Эллады достославной:
Дикий варвар прибыл издалека,
С мудрецами говорил, как равный.

Он бродил по городам Эллады,
Посещал и храмы, и собранья,
Изучал законы и обряды,
Слушал песни, древние преданья.

И бывало, тяжело вздыхая,
Он шептал на языке неясном:
"О Эллада, родина чужая!
До чего ты, светлая, прекрасна!

Как твои святыни величавы,
Как искусны мастеров творенья!
И героев незабвенна слава,
И мудры законов наставленья.

Тяжело навек с тобой расстаться
Без надежды побывать здесь снова.
Но домой я должен возвращаться,
В дальний край, холодный и суровый.

Там - моя отчизна. И сознанье
Не дает мне выбора иного:
Как забыть степи благоуханье,
Гордый нрав народа кочевого!

Вот бы только унести с собою
И ввести на место деспотии
Эллинов гражданские устои,
Мудрость их,обычаи святые!"

Анахарсис был убит толпою,
Лишь успел в отчизну возвратиться:
Не простили скифы: той порою
Он чужим богам хотел молиться.

Затерялась средь степей широких
Странника несчастного могила,
О его скитаниях далеких
Скифское преданье позабыло.

И давно уж нет его народа -
Грозных скифов, внуков Колаксая:
Пали скифы в битвах за свободу
Степи от соседей защищая.

В книгах лишь свидетельства остались,
Что они отважно воевали,
От чужих влияний ограждались,
Дальние походы совершали.

Да осталась память, что когда-то,
Очевидно, в древности глубокой
Изучать обычаи Эллады
Приезжал кочевник издалека.

Анахарсис к мудрецам великим
Был причислен, людям в назиданье:
Хоть по меркам греков, был он диким,
Но разумным был, стремился к знаньям.

Видно, он бы скифам пригодился,
Знай они гражданские устои.
Ну, а если б эллином родился,
Мог вполне доволен быть судьбою.