2020

Вскрыли быстро сердце мне бы
Двое в куртках цвета неба.
И один бы огорчился
И нахмурился второй.
Тут одна любовь к тебе да!
Лишь одна любовь к тебе да!
А взаимной вовсе нету
Под умелою рукой.

Мыли долго сердце мне бы
Двое в куртках цвета неба.
И один развеселился,
Улыбнулся и второй.
Тут одна любовь к Нему да!
Лишь одна любовь к Нему да!
А к тебе любви тут нету
И не будет никакой!



Когда Господь шарахнет тебя головой об асфальт с этажа ипотечного дома,
Когда протащит так за ноги по проспекту мимо проституток знакомых,
Когда уши, глаза и язык оставишь вместе с запретами разными,
Никакие грехи не покажутся больше прекрасными,
Вот тогда ты, мой друг, завопишь: "я всё понял, прости Боже мой..."
И Бог будет доволен тобой, но зачем же такою ценой ?



Известно средство для лечения напасти, -
Твоей неодолимо - сильной страсти.
Она подобная этилу на желудке,
Всё тоже помутнение в рассудке.
Сейчас же ты избавлен от спиртного
И не желаешь алкоголя никакого.
Он проникал в тебя через уста,
Соблазн же проникает сквозь глаза.
Так притупляй свой взор в слепом почтении!
Да снизойдёт тебе Всевышнего прощение!



- Горе мне сыну Хузафы,
Жизнь свою Богу отдам я,
Нет у меня больше жизней,
Чтобы их также отдать?
- Милость тебе - Абдуллаху!
Милость живому шахиду!
Кто за Ислам умирает,
Не за что и упрекать.

- Горе мне сыну Хузафы,
Как короля поцелую?
Кяфир он трижды проклятый,
Можно ли темя лобзать?
- Милость тебе - Абдуллаху!
Милость живому шахиду!
Ты - мусульман откупивший,
Должно тебя целовать!



По мотивам военной поэзии

1942

«Теперь не страшно умирать, а было страшно.
Сперва дозорные погибли в рукопашной,
Потом два взвода полегли у переправы,
Ещё пол сотни человек - сплошные раны.

Теперь не страшно умирать, а было страшно.
Всех убивает – славных и неважных,
Но вот что братцы на досуге занимает -
Безбожников на фронте не бывает.

Вчера читали всем Расулева послание,
Призвал святейший муфтий к осознанью, -
С фашистом будем мы вести джихад отважно!
Теперь не страшно умирать, а было страшно...»
                .      .      .
    По долгу памяти спасённых поколений:
     Спасибо вам - защитники селений!
      Спасибо вам - великие шахиды!
      Вы не забыты нами. Не забыты…



Цветы поблекли в солнечном саду,
Все родники земли утихли к часу,
Все ценности явились в ерунду,
Друг другом не целованы ни разу,
Мы целовались прямо на ветру!
Твои черты не смог воспеть никто,
А тот, кто попытался, обессилил.
«Стоп – кадры» лучшей сцены из кино!
Всевышний удивил! Заполовинил!
Глаза открыли – мы… и никого!



Наш дом закрыт на тридцать три засова,
И всё, что в нём случится - только нам -
Будь то дурно или благое слово -
Разделим их с тобой напополам.
С чужими мы давно играем в прятки,
Сокрытие - сплошная благодать!
Я кутаю тебя красиво в тряпки,
За исключительное право их снимать.



Её монолог

Я не сплю третью ночь, ты об этом навряд ли узнаешь,
Мы закрыты всему, когда радостных нету картин,
Всё случилось давно, нашу жизнь, пережив, не исправишь,
Да и разве такое случается, милый муслим?

Ты обычен на вид, вроде нету особых отличий,
И прохожая мыслит: «что можно в подобном найти?»
Это тайна моя и из всех твоих светлых величий,
Выбираю её на твоём благородном пути.

Так свети же всегда, мой единственный, неугасимо!
А когда в Час расплаты предстанем на Божеский Суд,
Я скажу, не дыша, лишь одно твоё имя - любимый,
За мечтой, что простят и твоею женой назовут.



Не потому, что ждёшь невзгоды на этом жизненном пути.
Не потому, что в прошлом годы и лишь недели впереди.
Не потому, что разлюбила тебя ушедшая давно.
Не потому, что надломила «судьба –злодейка» за одно.
А потому слабеет вера и всё печальней твой уклад,
Что перед Господом Вселенной так бесконечно виноват.
Не воевал с собою битвы и к покаянью не припал.
Пойми, все грешники забыты, ты тоже без вести пропал!



Ты друга ждал. Не виделись давно.
Готовил стол и наводил порядок,
А ностальгия к вам, через окно
Тех дней, что проводили без оглядок.

Ты друга ждал и вскоре удалась
Та встреча, где всю жизнь пересказали
И утомлённо сели на палас,
Под звёздами балкона замолчали.

Ты друга ждал, но кончилось враньё,
Когда она волнуясь и краснея…
Сняла с себя последнее бельё
И бросилась в слезах к тебе на шею…

P.S.
Вы прожили уже пятнадцать лет,
С тех пор ты знаешь точно, кто не знает –
Между полами дружбы не бывает,
Между любимыми её и вовсе нет!



В квартире каждой женщины должен жить любимый поэт!
Об одном и том же есенщина, Почти двадцать пять лет
Ничего не меняется тут - в этом и прелесть вся.
Скоро всех заберут, Но предавать нельзя
Идею о том, что мы друг без друга никто.
Пора уже в дом, не страшно, что мёрзнет окно…
В квартире каждого поэта должна жить любимая женщина!



Мне кажется прекрасным этот сон,
Где ты опять идёшь ко мне на встречу,
Апрельский ветер продувает плечи
Сквозь наскоро одетый «балахон».

И ты плывёшь в асфальтовой реке
Неподражаемо настолько, даже город
И всё, чем он нам памятен и дорог,
Всего лишь – отражение в тебе!

Я ожидаю встречи, не дыша
И просыпаться ни одной причины, –
Весенний сон здорового мужчины,
Но как же ты в нём, ангел, хороша!