Медный узник

Злая ярость народного натиска,
Все двенадцать ударов по темени,
Чтобы больше не пел так раскатисто
У себя наверху раньше времени.
А потом, как крамольника, волоком,
Мимо плачущих баб, любо-дорого,
Безъязычный предательский колокол
Дружно тянут из славного города.
На чужбину, под оком конвойного,
Без привычного имени-отчества,
Где набатная песнь колокольная
Замирает недобрым пророчеством.
Следом беглое солнце раскосое
Слепо мечется огненной меткою,
Не ему одному – безголосому
Наболевшее выплакать некому...

04.02.24

После того, как в Угличе набатный колокол оповестил о смерти царевича Дмитрия и призвал к расправе над предполагаемыми убийцами, царь Борис Годунов приказал его сбросить со Спасской колокольни, принародно вырвать язык, отрубить ухо (часть колокола, за которую его подвешивают), наказать двенадцатью ударами плетей и отправить вместе с зачинщиками в сибирскую ссылку.
Так началось Смутное время в Московском государстве.
В 1891 году указом императора Александра Третьего колокол реабилитировали.
Люди сами подходили под колокол, подносили своих детей, гладили его руками, прикладывали к нему свои головы, крестились при взгляде на него, любовались им.
Колокола – вестники народной радости и народной беды. Но даже молчаливая и мятежная душа колокола бывает красноречивее тысячи слов...