Сказки Владимира Войновича

«Сказки дедушки Володи» -цикл из 7 сатирических притч об СССР, написанных в 1989—91 годах.
Из интернета

Пересказ публикуется в произвольном авторском изложении - Б. А.

Дела давно минувших дней?
А. Пушкин, Б. А.

Люди, склонные к досужему общенью,
При общенье проверяют ощущенья,
И, включённые в игру, играют в «жмурки»
Под заливистый мотив известной «Мурки».

Не читайте сказки на ночь, не читайте,
И себя сатирой едкой не пытайте:
Не понять иным ни толики сарказма,
Не хлебнувшим стопроцентного маразма.

Х                Х                Х

Распотешил автор «Сказками» своими,
Вновь изящно обессмертив своё имя;
Сам Толстой скакал козлом от Гостомысла*,
Нацедить из лет пытаясь каплю смысла -

А Войнович уцепился за Октябрь,
Посадив страну на ржавый на корабль,
И отправил судно в даль весьма туманну
С обещавшими добыть народу манну.

Захватили пароходишко пираты
И на мачтах поразвесили канаты,
Покидали за борт всех, кого хотели,
Поработали да так, что употели.

Плыл корабль, в пути не ведая удачи,
Капитан легко решал в тиши задачи:
Оказалось, что в команде непорядок,
Прополол он - и почти не стало грядок!

В то же время разыгрались гармонисты
И клеймили право-левоуклонистов,
Курс сбивали всевозможные теченья,
Отвлекали от Всемирного Ученья.

Но усоп жестокий страхонагнетатель,
И сменил его сподвижник и мечтатель,
Насадил повсюду чудо-кукурузу,
Чтоб набили ею все, кто хочет, пузо.

Жаль, была его история недолга,
И ближайший круг, исполнен чувством долга,
Отослал его к корме, соткав причину,
Где и жил он, одинокий, до кончины.

А на мостик взгромоздился пышнобровый,
Несвирепый, неопасный, несуровый,
Были дни - и не холодны, и не жарки;
Ордена ему дарили - и подарки.

Хоть немолод и давно страдал одышкой,
Но вдруг начал выпускать за книжкой книжку,
Все читали их - и трезвый, и в запое,
Изучали их - и в школе, и в забое.

Раз при качке пульс пропал у капитана,
Что не мог он выпить воду из стакана,
Схоронили. Но два новых капитана
Точно так же не испили из стакана.

А корабль несло-шатало что есть мочи,
И уже не различались дни и ночи,
Понял новый капитан: везде ненастно,
И сказал об этом ясном деле гласно.

Правда, курс, каким петляли, был потерян,
Капитан, как ни старался, был растерян,
Осмелевшие до наглости матросы
Стали цепи примерять, забыв про тросы,

Да пошли впотьмах по стайкам разбредаться,
Огрызаться, спорить, драться, отпираться.
Тут вскочил на мостик зычный, громогласный,
С прежним скромным капитаном несогласный,

Разрешил кроить пирог по предпочтеньям
И спиной стоять к прожёванным почтеньям,
А кругом бунты, и цены лезут в гору,
И вода на судне вышибла приборы.

Что потом? Сначала - так, потом иначе,
Капитан плывет, летает, пишет, скачет,
Держит цепко руль и страны в напряженье,
И звенят во всех концах шаги саженьи.


Х                Х                Х

Вот, на этом пересказ я завершаю,
Ничего, как видно, я не совершаю.
Побеседовал с Войновичем двукратно:
Не вернуть никак мгновения обратно!

Вырезал ему как знак на память ножик,
И лежит он на столе с тех пор, быть может;
Надписал мне автор книгу с чувством, с толком,
Я поставил её с трепетом на полку.

*История государства Российского от Гостомысла до Тимашева
автор Алексей Константинович Толстой.

2 февраля 2024 г.
Борис Айзенберг