Прыжок...

        Далеко не каждый может похвастаться прыжком из движущегося поезда и добавить, что при этом не было сломано ни рук, ни ног! А мне представилась такая возможность, вернее даже, необходимость, как тогда казалось. В тот момент Голливуд явно потерял во мне гениального каскадёра, хотя спецэффекты в виде летящих во все стороны сумок и моих округлившихся от ужаса глаз были совершенно бесплатными. Теперь я вспоминаю об этом с улыбкой и рассказываю этот эпизод из своей жизни детям и внукам с нотками гордости, дескать - какая была у вас мама и бабушка смелая и ловкая... Но тогда это был смех сквозь слёзы...

         А случилось это в Польше, где я проживала с мужем и детьми, находясь в Северной группе войск (СГВ) - муж был военным и направлен туда для прохождения службы. Без малого полвека советские войска находились там в сети гарнизонов, которые располагались вдоль новой границы с Германией, что было продиктовано соображениями стратегии. Для нас, жён офицеров, эта "стратегия" превращалась в уютную, но совершенно особенную жизнь за закрытыми КПП, со своими правилами, польскими магазинами-"склепами" и вечными поездками. Города и полустанки мелькали перед глазами постоянно, но я и подумать не могла, что однажды один из этих вокзалов решит промелькнуть мимо меня на полной скорости.

         Времена были сложными, недаром те годы называют "лихими девяностыми". В нашей стране полным ходом шли реформы, во время которых повсеместно нарушались законы, процветала преступность... Шёл передел собственности, которая из государственной переходила под контроль частных лиц. Все смотрели на запад широко открытыми глазами и думали, что наконец-то настанет другая жизнь - красивая, сытная, достойная... Но в магазинах без талонов нельзя было купить даже мыло и колбасу. Я помню, как приехав в отпуск, мы с детьми всё лето питались арбузами и тортами (сейчас скажи это внуку, он захлопает в ладоши и прокричит "классно"!), так как у нас не было талонов. Выручали родственники и друзья - одни давали талон на порошок и зубную пасту, другие - на колбаску и сливочное масло.

         Поэтому, чтобы хоть что-то иметь и привезти из-за бугра, мы закупали в Союзе по возможности всё, что можно было достать "из под полы" (были подруги, работающие в торговле) и везли в Польшу, а там на рынке продавали и покупали хорошую одежду, видеоаппаратуру, посуду и т.д.

         И вот в один из дней, когда мы с подругой возвращались с польского рынка к себе в гарнизон, уставшие от многочасового стояния на ногах (уметь продать - труд не из легких!), мы благополучно проехали свою станцию. Опомнились, когда за окном поплыли незнакомые пейзажи, а поезд начал потихоньку набирать ход.
         С криком: - Хватай сумки и бежим! - я ринулась к выходу, подруга коршуном взвилась за мной. Думать времени не было. Уже не помню всех тонкостей - как я взламывала эту злосчастную дверь вагона и с какой скоростью летели на насыпь наши баулы. В тот момент мы напоминали банду грабителей поездов, которые спешно избавляются от улик. Именно на пороге открытой двери в моей голове мелькнул экзистенциальный вопрос: "Прыгать надо вперёд или против движения поезда?" Это сейчас я могу, сидя в кресле в тёплой и уютной комнате, авторитетно рассуждать о законах физики. Мол, должен быть хороший, мощный толчок против хода состава и вверх, а уже в полёте нужно развернуться на 180 градусов, приземлиться на обе ноги и компенсировать скорость мягким, грациозным приседанием. Хотя многие до сих пор утверждают, что прыгать надо по ходу движения...Но тогда, на польской железной дороге, вся эта теория разбилась о суровую реальность. Мы не выбирали траекторию - мы просто катапультировались. Я первая, подруга - следом, как верный ведомый. Наше приземление сложно было назвать балетным: мы исполнили такую комбинацию из кульбитов, которую не решился бы повторить ни один каскадёр. Сумки остались где-то позади, а мы валялись в сугробе (была зима, и это было наше главное тактическое везение!) и хохотали как ненормальные. Польская заснеженная насыпь ещё никогда не видела таких счастливых, растрёпанных и абсолютно целых советских женщин.

         Глубокий снег буквально спас нам жизни и уберёг от незапланированного гипса. К слову сказать, Польша - это вам не Сибирь, сугробы там бывают по праздникам. Но в ту зиму природа явно что-то знала и засыпала насыпь от души. А подвели нас банальный уют и мода. На рынке мы промерзли до костей, так что в тёплом вагоне нас моментально разморило, и бдительность покинула чат. К тому же, одеты мы были не для штурма поездов, а для ковровой дорожки! На нас красовались ультрамодные тогда нутриевые шубки, меховые шапки, а главное - изящные сапожки на каблуках. Да и сами мы, чего греха таить, были чертовски симпатичными! Представьте картину: две роскошные дамы при полном параде с криками вылетают из вагона ласточкой прямо в сугроб... Снег спас не только наши кости, но и, что не менее важно, дефицитную обувь. Правда, колени потом несколько дней тонко намекали, что мы уже не девочки, но это пустяки. Главное - нас гнала вперёд мощнейшая материнская мотивация: дома ждали голодные дети, за которыми присматривали соседки, и мужья-офицеры, у которых без ужина стремительно портился стратегический настрой.

          Через некоторое время, когда жизнь вошла в нормальную армейскую колею, мы с подружкой уютно устроились на кухне за "рюмкой чая". Обсудив домашние дела, мы снова и снова возвращались к этому незабываемому факту из нашей биографии. И тут нас до слёз заинтересовал один вопрос: - А что вообще в тот момент думали о нас поляки - приличные пассажиры того самого вагона, который мы так бесцеремонно покинули?
          Мы до икоты хохотали, представляя эту немую сцену глазами очевидцев. Сидят себе спокойные польские паны, шуршат газетами, пьют кофе из термосов. И вдруг мимо них с криком "Полундра!" проносятся две цветущие дамы в шикарных нутриевых шубах. Одна с мясом выламывает дверь тамбура, вторая с криками "Лови баул!" начинает бомбардировать европейские пейзажи хозяйственными сумками. А затем обе грациозно, ласточкой, катапультируются в сугроб на полной скорости!

         - Слушай, - сквозь смех утирала слёзы подруга, - я прямо вижу, как какой-нибудь шляхтич в вагоне уронил газету и шепотом произнес:
         - Матка боска... Что это было? Танковая атака советских войск?!

         - Да нет, - покатывалась я, подливая чаю, - они, скорее всего, подумали, что это секретные учения жен офицеров СГВ! Спецподразделение "Нутриевые кошечки" отрабатывает десантирование на шпильках без парашюта. Сдали норматив на отлично, ушли в заснеженную тайгу на базу!

А подруга подливала масла в огонь...
         - Представляешь, - говорила она, - сидит там какой-нибудь пан и думает: - Пся крев! Ох уж эти русские женщины... То коня на скаку остановят, то из поезда на каблуках десантируются, чтобы ужин мужу успеть сварить!

         А я ей в ответ:
         - Да они, небось, до самой Варшавы ехали в гробовой тишине, боясь пошевелиться! Думали - если у них жёны офицеров так лихо из вагонов на ходу выходят, то на что способны сами офицеры? Это же была лучшая демонстрация мощи Советской армии без единого выстрела! А кондуктор поезда, наверное, ещё долго крестился, проезжая наш полустанок...

         Наверное, в тот день на польских железных дорогах родилась новая легенда о загадочной славянской душе, которую не понять никаким законам физики.