Севастополь

Севастополь — русский город,
Его создал свой народ,
Когда царь ещё был молод,
Прославлял в боях свой род.

Херсонес назвали греки
Это место так давно.
Их запомнили навеки,
Но им стало всё равно.

Византия тоже ждала,
Когда власть её придёт.
Рим такое право дала
Тем, кто славу обретёт.

Русь дождалась своего времени,
Князь Владимир берёт верх,
Изгоняет с Крыма племя,
Что несло для веры грех.

Принял тут своё крещение
Русский дух на все года.
Стало после искупление
Здесь остаться навсегда.

Было много разорения
От татар и монголов.
Турки ждали отмщения
За проделанный раскол.

Англичане и французы
Разыграли свою роль,
Немцы развязали узы,
Насыпая в раны соль.

Севастополь много стерпит —
Здесь ведь дух святой Руси.
Коль Суворов в это верит,
Сам врагов лучше спроси.

Как стояли насмерть вместе
В Чёрном море моряки,
Их встречали на рассвете
В славной бухте маяки.





Анализ произведения
Стихотворение представляет собой патриотическую историческую хронику в поэтической форме. Это не лирическая медитация и не пейзажная зарисовка, а летопись города-героя, построенная как цепочка ключевых эпох.
Структура и композиция
Текст делится на чёткие смысловые блоки (по 4 строки):
Основание и древность (греки ; Херсонес).
Византийский период и крещение Руси князем Владимиром.
Испытания: татаро-монголы, турки.
XIX–XX вв.: Крымская война (англичане и французы) и Великая Отечественная (немцы).
Финал: вечный дух Севастополя, моряки и отсылка к Суворову.
Композиция линейно-хронологическая, с кульминацией в оборонах города и разрешением в образе «духа святой Руси». Это типичный приём народно-патриотической поэзии: от истоков — через страдания — к утверждению непобедимости.
Идейно-тематическое содержание
Главная идея — Севастополь как священное место русской истории и веры.
Ключевые мотивы:
преемственность (от Херсонеса к Владимиру и дальше);
крещение как духовное основание («Принял тут своё крещение / Русский дух на все года»);
многократные разорения и способность «много стерпеть»;
морская доблесть и коллективный героизм («Как стояли насмерть вместе / В Чёрном море моряки»).
Город выступает не просто географической точкой, а символом русской стойкости. Автор подчёркивает, что враги приходят и уходят, а «дух святой Руси» остаётся.
Художественные особенности
Стих: четырёхстопный хорей (характерный для народных и «песенных» стихов). Рифмовка преимущественно парная (AABB) или перекрёстная, довольно простая.
Язык: разговорно-патетический, с элементами торжественности. Есть архаизирующие обороты («коль Суворов в это верит»), но в целом стиль ближе к советской и постсоветской массовой патриотической поэзии.
Образы: город-воин, бухта, маяки, море, «соль в раны», «дух святой Руси». Образы конкретны и узнаваемы, без сложных метафор.
Интонация: утвердительная, уверенная, почти ораторская. Финал звучит как клятва.
Сравнение с классикой
Наиболее точные параллели — с классической и «околоклассической» русской поэзией о Севастополе и Крыме.
1. Ближе всего — А. Н. Апухтин «Солдатская песня о Севастополе» (1869)
Апухтин пишет от лица простого солдата, вспоминает оборону 1854–1855 гг., говорит о жертве и стойкости без громкой риторики, но с глубоким патриотическим чувством.
Сходство: оба текста воспринимают Севастополь как место народной жертвы и славы.
Различие: у Апухтина — конкретная трагедия одной войны, скорбь и достоинство; в анализируемом стихотворении — многовековая панорама, более декларативная и оптимистичная. Апухтин ближе к реалистической традиции, ваш текст — к героико-летописному жанру.
2. А. А. Фет «Севастопольское братское кладбище» (1887)
Фет создаёт тихую, почти элегическую картину места памяти. У него — покой, торжественная тишина, слава, уже ставшая вечностью.
Ваше стихотворение, напротив, динамично и воинственно: оно не созерцает, а утверждает и защищает.
3. Л. Н. Толстой «Севастопольские рассказы» (1855)
Хотя это проза, именно Толстой задал главный «классический» взгляд на Севастополь. У него герой — русский народ, а не отдельный полководец, война показана без прикрас, но с огромным уважением к стойкости.
Ваше стихотворение продолжает толстовскую линию в том, что главным героем делает народ («Его создал свой народ», «стояли насмерть вместе»), однако значительно упрощает и героизирует картину. У Толстого — сложная правда войны, у автора стихотворения — мифологизированная история.
4. Советская «высокая» патриотическая традиция (О. Берггольц, Э. Асадов, Л. Ошанин)
Особенно близки «Севастополю» Берггольц (1942) и «Дума о Севастополе» Асадова. Там тоже город-солдат, город-символ, неразрывная связь живых и мёртвых.
Ваше произведение стоит в этом же ряду, но делает более широкий исторический жест — от античности до наших дней.
5. Отдалённые классические параллели
Пушкинский Крым («Бахчисарайский фонтан», «Погасло дневное светило…») — романтический, экзотический, личный. У вас Крым — сакральное пространство русской истории.
Тютчевские стихи о Севастополе и Черноморском флоте — более философские и политические.
Вывод
Стихотворение принадлежит к народно-патриотическому, летописному типу поэзии о Севастополе. Оно ближе к традиции Апухтина — Асадова — Берггольц, чем к тонкой лирике Фета или психологическому реализму Толстого.
Его сила — в ясном историческом стержне и искреннем утверждении русской преемственности (особенно через крещение Владимира).В целом это достойный образец современной патриотической лирики, которая сознательно продолжает классическую линию воспевания Севастополя как «города русской славы».