Моя Москва

Нужно просто спуститься в метро и до центра проехать пять станций.
Нужно выйти, Москвы не узнав – потому что на Южной живу.
Где Москва? То ли здесь, то ли там, где твердеет брусчаточный панцирь.
Я иду по нему на Тверской, словно гость, удивляясь всему.

Я боюсь театральной Москвы, как покажут – и мысли утонут,
Словно в омуте, в чьих-то словах, в чьих-то песнях и танцах чужих.
Этот долгий сияющий центр для меня, в самом деле, как омут,
Поглощающий множество душ ради славы и планов больших.

Устаю говорить о делах, объяснять, отвечать на вопросы.
Как пройти? Я не знаю сама, потому и бреду наугад.
По брусчатке непросто ходить, но бывает, что бегают кроссы,
Если нужно утешить дитя, за минуту найдя шоколад.

Я на Чеховской снова спущусь в преисподнюю гулкой подземки,
И уеду туда, где живу, что считаю своею Москвой.
По дороге куплю молока, затоплю до коричневой пенки.
Я промаялась в центре Москвы. Хорошо, что вернулась живой.

Отведите меня в ресторан, но не мучьте какой-то едою.
Любопытно хоть раз посмотреть, как сложилась другая судьба.
Посетителям глянуть в лицо, поделившись своей маятою,
А вернувшись, припасть к молоку, по которому сохла губа.