Кошка и море. Чёрное

  Дорожная зарисовка.
Ожидает редактирования.................
  Божественный Крым.  Симеиз. Острые вершины пирамидальных кипарисов внедрены в чудесный пейзаж старых гор, извилистой дороги, зарослей можжевельников-вересов, шиповников, кизила и боярышника, множества  кустарников и уникальных деревьев, которым никак не дотянуться до тёмно-зелёных вертикалей остроугольных треугольников кипарисов и стройных тополей.

   Только старые горные вершины выше, а всё побережье тонет в ярком свете летнего солнца, ещё усиленного отражающей мощью огромной чаши Чёрного моря. Оно манит голубизной совершенно особенного оттенка, какая бывает в ясный день в разгар лета, немного выцветшей на фоне совсем бледной голубизны неба, а на линии горизонта обе стихии  в светлой , парной морской дымке почти сливаются , размывая линию , которая затягивает взгляд и за которой начинаются чудеса, - там Бегущая по волнам играет с серебристыми стайками хамсы, а большие белые парусники полны счастливых людей, поющих под кифары и танцующих  на палубах под звон тамбуринов, - их сопровождают игривые дельфины и чайки почти касаются смеющихся людей белоснежным крылом, пролетая низко и разделяя беспечную радость жития.

Старя Гора Кошка, Кош-кая , прилегла на берегу и тянется мордочкой к морю, подкрадываясь незаметно, год за годом, приближаясь к прибою, который манит её шорохом набегающих волн.

.......................................
Второй вариант - попытка редактирования


Дорожная зарисовка.

  Божественный Крым. Симеиз.
Заострённые вершины благородных пирамидальных кипарисов стремятся к небу, а корни дежатся за рыхлые камни горы,как их предки,нашедшие в расселинах  солоноватую  питательную влагу. Кош-кая, и молодою, была сильна и осталась благодушна ко всякому, кто искал приюта под её лесистыми склонами.

 Вехушка горы поблекла и оголилась с годами,но подножие бойко кудрявится густой зеленью лесов, сберегающих в своих низкорослых кущах вечнозелёные высокие можжевельники, редкие исполинские кедры, дубы, крымский финик. Легко заблудиться в узких, извилистых , каменистых дорожках , уводящих то вверх, то вдруг сбегающих крутыми осыпями вниз среди вечнозелёных зарослей и голых , задиристых  шиповников и гладких ветвей кизильников зимой,и... которым никак не дотянуться до тёмно-зелёных вертикалей остроугольных треугольников кипарисов и стройных тополей.

 Надо всем горные вершины,  серые, неровные, нагие рыхлые камни,круые спуски к побережью осыпаются, задерживая крупные обломки скал и зеленеют, неряшливыми клочковатыми низкорослыми порослями, иглистыми горными елями, кустарниками,  шерстистым можжевельникоми и травами, зелёными в крымском январе.
 
 Всё пронизано светом южного солнца, жгучего летом и щадящего , тёплого, зимой.
Свет множится, отражается огромностью Чёрного моря - оно манит взгляд, освобождает от всякой мысли, поглощает собой, давая почувствовать себя частью колышашейся влаги, живительной, возбуждающей терпкостью тонких испарений водорослей, врачующими солями на подсыхающей в прибойной полосе гальке, завораживает синевой и яркой лазурью тихих лагун, вспышками лёгкой ряби - а попросту - красотой, для которой нет и не будет слов, но познав которую однажды, никогда её не забудешь. Она будет всегда с тобой духоподъёмно-радостной.

 Небо надо всем, голубая прозрачность невесома, сгущаясь синеет в вышине, почти сравнявшись с насыщенной краской  моря, и, как море несёт на себе белые парусники, так небо - лёгкие , белые судёнышки-облачка.
 
 На далёкой линии горизонта обе стихии в светлой , парной морской дымке сливаются , размывая линию , безраздельно влекут за неё - там чудеса, - там Бегущая по волнам играет с серебристыми стайками хамсы, а большие белые парусники полны радостными людьми, поющими под кифары и танцующими на палубах под звон тамбуринов, - игривые дельфины с плеском выгибают мокрые спины у летящего по волнам борта, чайки, восторженно и гортанно кричат, касаются смеющихся людей белоснежным крылом, участвуя в минутной беспечной радости бытия.

 Гора Кошка, Кош-кая , прилегла на берегу и тянется мордочкой к морю, подкрадываясь незаметно, год за годом приближается к прибою, - он манит её шорохом набегающих волн и зовёт вдаль к горизонту.

 Когда наступет вечер и затихают все звуки , морской прибой осторожно накатываеся на берег, шуршит галькой и отступет , - хочет разобрать о чем мурчит Кош-кая , шепча и ласкаясь , а море подзывает её, торопит , ждёт, когда она оставит свой дом и скроется в волнах, уплывая к далёкому горизонту, где от поцелуя неба и моря рождается утренняя заря. Темнеет,на море ложится теплый туман, наползает на берег,обнимая теплом задремавшую Кош-каю. Кошки любят тепло.