Блокада

         Бабушка не умела распоряжаться. Можно было распоряжаться, а она - что есть, она это всё сразу сварит. Бабушка не умела экономить, просто не понимала, что надо экономить. Неэкономная была. Если б она знала, что так будет, она бы экономила. Не ожидали, что так будет. А тут - война, блокада...
         Главное у нас был запас - сахар, чемодан сахару. Чемоданчик такой деревянный, он был из фанеры - фанерный, какой-то самодельный, с кругленькой крышечкой. И там, точно, килограмма три было, не знаю, может больше, потому что большие куски. Столько сахара было. Кусковой сахар, не пиленый - теперь не продают такой сахар, сейчас продают только пиленный. Раньше сахар кусковой был, продавали большими кусками. Раньше лучше делали. Он очень крепкий был, он аж синий этот сахар был, прозрачный.
         А он почему был? Потому, что дедушка любил сухой сахар - вприкуску как-то чай пил, колол его. И поэтому он закупил его много, хранил в чемоданчике. Чемоданчик этот стоял на стене над грубкой*, где она топится, где плита, дедушка туда его поставил, чтобы он там на ней всегда сухой был, лежал, грелся. Так уже голод был, уже это всё, и она раздала весь сахар.
        Приходит кто-нибудь - соседи - женщины, у кого дети, приходят, плачут: "Ой, ребёнок у меня голодный, есть просит!" - ребёнку. "Баба Стеша!" И бабушка кусок отдаст - неудобно было отказать. А нет чтобы мне дать? Мне даже не давала лишнего кусочка. Ну она давала, но немножко. Такой, кусину отдаст. Они же огромные были - в кулак, как голова кошачья. Раздавала. Если бы мелкий.
         Там Аля такая, Алиса была, соседка с двухэтажного дома(под нашим номером ещё три дома были:  трёхэтажный, двухэтажный и барак - у нас дом был отдельный во дворе, такой как частный - под одним номером все жили), вот она приходила, её девочке бабушка сахар давала - она хитрая была, знала, что бабушка сердобольная - всё время у неё выпрашивала. Роза, еврейка, у неё мальчик, маленький ребёнок совсем, она прямо перед войной родила. Ещё какая-то женщина в белом платке. Тогда у всех шерстяные платки были - модно было - вязаный белый платок. Он не белый, конечно...
        Ну и вот так она раздала дедушкин сахар. Это всё быстро очень кончилось - месяц - два.
        Дурочка, такая добрая душа - Царство ей Небесное! А так бы они выжили, голодали бы, но могли выжить, если бы у меня бабушка другая была - не в смысле поумней - если бы она похитрее была, она бы этот сахар сохранила. Можно было выжить за счёт сахара - всё-таки сахар - питание, а то больно добрая была, поэтому плохо кончилось. Вроде доброта хорошо, но в то же время она может погубить. И дедушку, и себя погубила этим, и я голодная ходила...
        Дедушка уже умер, а бабушка ещё лежит. Он умер ночью, а она - поздно вечером, ближе к ночи - как-то так получилось что в один день, в одни сутки умерли. Он почему-то очень кричал перед смертью, стонал - ему, наверное, больно было, а у неё чёрное что-то из носа текло. У неё не лилось, а как сопли чёрные вышли - такие чёрные сопли торчали из носа, застывшие. Почему? - не знаю. Может быть кровь текла - ударилась. Глаза у неё открытые были.
        Они умерли 1 февраля, а карточки мы успели получить - хлебные карточки на февраль - карточки же получаешь в конце месяца на следующий месяц - февральские карточки уже на руках у них были - бабушкина и дедушкина, и моя, детская. Они мне достались. И вот за счёт этого только я выжила, за счёт того, что мои все умерли - меня спасли.





Грубка - небольшая печь с варочной плитой для приготовления еды.