Дед Серёга и молодой солдат Дюня

(армейские зарисовки)

           Дед Серёга. Дед-потому что служба близится к концу. Серёга-потому что мамка так назвала. Родом из Липецкой губернии. С молодым солдатом Дюней немного сложнее. Молодой солдат-потому что только-только з ридного сэла. А имя Дюня просто автоматически вытекло из его уменьшительно-ласкательного имени Ботя, которое в свою очередь вытекло из его настоящего имени Богдан. Достойный отпрыск Львовской области.
          Судя по происхождению моих героев, читатель поймёт, что их разделял огромный языковой барьер, что порой приводило их общение к трагикомическому (причём первая часть этого слова обычно ассоциируется с молодым солдатом Дюней) финалу. Итак, всё, что случилось на моих глазах.

                Рассказ первый «ПРАПОР».
На развод караулов вышли двое: дед Серёга и молодой солдат Дюня.
После здравицы в честь молодого летёхи, заступающего в караул, молодой
солдат Дюня, дабы хоть как-то скрасить своё серое прозябание на плацу,
почему-то произнёс вслух свою роковую фразу:” Он прапор впав,”-и уставился тупым, ничего не выражающим стеклянным взглядом в действительно упавший с флагштока на землю красный флажок. Услышав до ужаса знакомое слово, Серёга передёрнулся. Его лицо изуродовала дикая, мало похожая на человеческую, гримаса. Он судорожно начал рыскать глазами по окружающему его пространству, выискивая нелепо распластанную на асфальте длинную фигуру всеми любимого прапорщика. Ничего не найдя, Серёга в нетерпении прорычал:” Где?..”.” Да ось, впав, -” всё с тем же выражением промямлило конопатое лицо молодого солдата Дюни. Бешеные поиски Серёги не прекращались. Его богатая нездоровая фантазия уже рисовала обвалявшееся в грязи, делающее беспомощные хватательные движения руками и ногами, валяющееся тело безмерно почитаемого нами старшины.” Да где же, ёлы-палы…”-вытекло вместе с пеной изо рта деда Серёги.” Да ось, бачишь?”- и молодой солдат Дюня ткнул пальцем на созерцаемый им объект.
            После минутного шока Серёга начал издавать шипение и бульканье,
постепенно переходящее в изысканные нецензурные ругательства и брань.
Поняв в чём дело, молодой солдат Дюня опрометчиво позволил себе тихонько похихикать, причём с нескрываемой ехидцей. Реакция со стороны деда Серёги поступила незамедлительно. Мощная оплеуха опустилась на рыжую шевелюру молодого солдата Дюни, вследствие чего из молодых солдатских глаз брызнули горючие слёзы и окропили его ещё совсем новенькие сапоги.
            В жесте Серёги явно угадывалось желание приобщить молодого солдата Дюню к изучению используемого для коммуникации в Липецкой
губернии средства. У последнего же после вышеупомянутого внушения не раз проскальзывала в голове слышанная им где-то и когда-то, сказанная кем-то из великих, фраза (как он потом сам признался):” Велик и могуч русский язык.”

                Рассказ второй «БУБЕН».
               Кто не знает прекрасный благозвучный музыкальный инструмент,
именуемый бубном. Такой себе маленький, кругленький, с бубенчиками, с дырочкой посередине.
               Как-то, собираясь на очередной выезд на концерт, наше доблестное
подразделение производило загрузку и даже погрузку музыкальных инструментов и прочей звукоизвлекающей рухляди. Будучи молодым солдатом, на хрупкие плечи Дюни свалилось основное бремя данного погрузочного процесса. Вывалив язык в левую или правую сторону (в зависимости от поворота, проделываемого им), выпучив глаза, молодой солдат Дюня носился, как угорелый, с ящиками, колонками и колоннами, обдавая жаром работающего тела сидевшего поодаль деда Серёгу, который, дремая и покуривая, с удовлетворением наблюдал Дюнину суету.
              В очередной энный Дюнин заход за грузом деда Серёгу вдруг перемкнуло, и он, остановив навьюченного молодого солдата Дюню, ленивым окриком спросил:” Почему сейчас не взял бубен?!” Подкосившиеся ноги молодого солдата Дюни, выглядывавшие из огромной кучи барахла, несомого им, дрогнули. Из недр барахляной горы раздался приглушённый грузом жалобный писк молодого солдата Дюни:” Да куды ж я його визьму?” “На шею одень!”-вполне серьёзно посоветовал дед Серёга. После этих слов куча пошатнулась и рухнула. Через пять минут, разгребая себе путь к воздуху, на свету появилась багряно-пунцово-багровая обливающаяся потом физиономия молодого солдата Дюни.” У-у-у…”-всё, что успел сказать молодой солдат, и отъехал, остановив свой взгляд, наполненный мировой скорбью, на деде Серёге. Дюня, видимо, захотел умереть, но у него это плохо получилось.
             Кто мог знать, что «бубен» на львовскообластном Дюнином наречии
означает обыкновенный большой оркестровый барабан.




                1988