а потом декабрь и тоска

а потом декабрь и тоска
и кем угодно посчитай меня
ведь не сможем все укрыться
в этих кронах снежного дождя.
а потом январь , пурга и снег
и письма три года нет -
вот она нелепая судьба
что от края и до края добегая
оставляя на позёмке след
словно бы смеётся. НЕТ!
а только ухмыляется!
единственной главою книги
что когда-то превращалась в сталь
а теперь - воспоминания , тревоги,
вымышленная тварь скребётся
о обложку сброника стихов
что не издаётся.
скольколько в этом правды и добра ? 
когда мир взрывается молитвой
мол вот же мы, а где есть я?
и тут кончается строка
обезумевшей палитрой.
(не ред. верс.)
25.12.23.


Рецензии