Туть

Снежная гладь – границы с небом не видно.
Полотно лежит. Его гладит метель-утюг.
А ковер из звезд сливается с колыбельной
Сплетенной из сотни чужих иноземных вьюг.
Засыпать под нее – значит видеть намного больше
Чем домашние сны, где мама зовет: «Обед!».
Я не выйду если зайду. Не отпустят. Точно.
Приходится быть казаком, а значит – терпеть.
Ты бежишь из всех сил в жаркое, спелое Лето.
Только не обернись. Не гляди. Не смотри назад.
В отражении киоска, в стекле за витринным стендом
Меж выцветших сникерсов в очи глядит Зима.
Отводишь глаза. Нередкое наваждение.
Яркость выкрутили у кадров из детских снов.
Зима – вокруг тебя, а не в отражении.
На ларек с забитым окошком одет засов.
Хорошего – понемногу. Оставь. Не трогай.
Мандарины не ешь! Это на Новый год.
Шапку надень!
Мам, да я в капюшоне...
Варежки взял?
В карманах. Все, я пошел!
Снежная гладь – границы с небом не видно.
Панельные окна копируют Млечный Путь.
Где мои шапка и варежки? Мандарины?
Где мое детство? Зумеры скажут – «Туть».
В сердце оно и бьется за ритмом титров
Фильмов с кассет, с помехами, но идет.
Осталось в песочнице, ныне в сугроб зарытой;
В траве на футбольном поле, где нет ворот.
Нередкое наваждение. Сколько ж можно?
Прошлое в прошлом, было да и ушло...
Выбор без выбора. Кажется невозможным.
Мы те, кто мы были, лишь время слегка прошло.
Выбор без выбора. Скажешь: «Мечтать не вредно»
И тогда мы убьем всех зайцев, Мазай, прости.
Ты спас их, чтобы теперь мы нашли ответы
Чтобы жадно вдохнули Лето среди Зимы.