К бастарду

И в душной комнате темно,
А от волненья дрожат руки.
Он пишет новое письмо,
В пергамент заключая муки.
Чернила капают на лист,
И за окном бушует ветер.
Он, посреди клопов и крыс,
Почти забыл о ясном свете.

"Пусть нас рассудят звон мечей,
Чужая кровь на поле битвы,
Чтоб никогда, в тени ночей,
Я не шептал богам молитвы.
Чтоб не кричало воронье,
Позор посмертный предрекая.
Пусть всадник вознесет копье,
В драконью плоть его вонзая.
И твердь земли покроет прах,
Смешаются тела с железом.
Но честь восстанет на костях,
А страхи унесутся в бездну.
Я не страшусь терять солдат,
За шанс поджечь чужое знамя,
И смыть позора горький смрад
Чрез очищающее пламя.
Они зовут Вас королем,
Любя за деньги и удачу,
В моей стране не предаем
Мы честь за жалкую подачку.
Свою все льете мне мораль,
По южному судя примеру.
На Севере лишь гнев и сталь
Решают истину и веру".

Он перечитывает вновь,
Словам не доверяя чувства.
Его язык лишь сталь и кровь,
Лишь ясный гнев и безрассудство.
И посмотрев в последний раз
На несколько скупых абзацев,
Он добавляет пару фраз,
Чтобы глупцом не показаться:

"Прощайте, — вывело перо,
Роняя каплю на пергамент, —
Вас лишь тщеславье подвело,
Нас обвенчавшее врагами".

PS

"Вам это больно признавать, но есть божественный стандарт:
И даже признанный бастард, в моих глазах еще бастард".