Валовый Продкут

Валовый продукт прибывает,
Всё больше бомб пребывает,
Хватайте их, обнимайте, ешьте,
Одевайте, любите, ложитесь
 в них спать, пейте из них молоко,
Делайте сыр, пеките хлеб,
Используйте как парты, носите
Как шорты, стройте из них дома
Будьте к ним добры
Они от вас без ума

Рецензия на это стихотворение.

Это стихотворение построено как сатирический гротеск, где экономическая категория — «валовый продукт» — сталкивается с предельно шокирующим содержанием: «бомбы», превращённые в бытовые предметы и объекты повседневного потребления. Уже в этом столкновении возникает главный художественный эффект текста — резкое смещение нормы, при котором язык экономики и язык войны начинают звучать как один и тот же механизм.
Композиционно стихотворение развивается по принципу нарастающего абсурда: от сухого экономического термина — к всё более физиологическим и бытовым образам («ешьте», «пейте из них молоко», «пеките хлеб», «ложитесь в них спать»). Это накопление создаёт ощущение гиперболы, где мир теряет границы между производством и разрушением, между предметом и оружием, между жизнью и её отрицанием.
Сильная сторона текста — в его иронической интонации. Повелительные формы («хватайте», «обнимайте», «используйте») звучат как пародия на рекламу или политический лозунг, доведённый до морального абсурда. В этом смысле стихотворение работает как критика языка, который способен нормализовать насилие через привычные слова.
Финал — «Будьте к ним добры / Они от вас без ума» — особенно показателен. Он резко меняет регистр: от агрессивной и утилитарной логики к почти детской, наивной формуле «любви» между человеком и оружием. Этот переход усиливает ощущение тревожной иронии: разрушительное здесь не просто присутствует, оно становится «любимым» и «обожаемым».
Вместе с тем текст намеренно отказывается от устойчивой логической системы, и это его эстетический принцип, но одновременно и его риск. При таком уровне абсурда смысловая ось может размываться: читатель вынужден сам достраивать, где именно проходит граница между экономической метафорой, политической критикой и чисто языковой игрой.
В целом стихотворение работает как антивоенная и антикоммерческая сатира, в которой язык сознательно доведён до предела — до точки, где логика экономики начинает звучать как логика разрушения.