День сурка на пороге ада

День за днём. В раскалённой работе горим.
Вместо воздуха копоть, усталость и дым.
Эта нищая плата плевок за рутину,
Где судьба, ухмыляясь, ломает нам спину.

Он встаёт до рассвета, не видя лучей,
В серый омут конвейерных, злых мелочей.
Каждый шаг через силу, сквозь тяжесть вериг,
А в груди застревает задушенный крик.

Цены рвутся зенитом в слепую высь,
Ну а доходам кричат: «Упади! Поклонись!»
Он мечтает украдкой о жизни другой,
Но реальность сдавила виски конурой.

Почему эта жизнь так горька и мала?
Почему нас до капли сжигает зола?
Минимальный паёк как кость для раба,
Где за каждый глоток со смертью борьба.

Эта каторжный труд ненасытный тиран,
Он крадёт наши годы и соль наших ран.
За копейки, за выдох, за призрачный шанс
Мы танцуем пред ним этот траурный танс.

Радость гаснет в груди, как остывший углище,
Сердце бьётся слабее в голодном жилище.
Каждый день в этот мир, где застыл эгоизм,
Мы выходим кормить шестернями механизм.

Про рождённое счастье забыли давно,
Нам осталась усталость и серое дно.
Вместо крыльев и грёз напряженье в глазах,
И замерзшие слёзы на блёклых щеках.

Лишь работа. Работа. Опять и опять.
Заводского девайса унылая стать.
Трудовую мозоль не заметит никто,
Твоя жизнь лишь дырявое в зиму пальто.

Дни летят, растворяясь в тумане глухом,
Мы не жили как будто, мы просто умрём?
Выхода нет. Безысходность наш круг.
«Выйти из касты?!» кричат: «Это трюк!»

«Это бред! Это сказки для глупых детей!»
Воет мир из капканов и ржавых сетей.
Здесь реальность до крови сдирает ладонь.
Мы дрова. И работа наш вечный огонь.