Глава 13

Они много времени проводили в дороге, разговаривая обо всём. Какое множество часов потратили они в поисках новой гармонии и единства, обсудив все их прошлые ссоры и недопонимания, эмоции и чувства, затронув самые потаённые уголки души друг друга. Это было похоже на попытку реанимировать цветок, попавший под колёса невнимательного велосипедиста, всё ещё нежно источающий приятный аромат.

У него была какая-то навязчивая идея о том, как максимально впечатлить свою бывшую настоящую девушку. Это привело к тому, что количество эмоций, проживаемых в день, смешивались между собой, словно краски в палитре, только вот оттенок получался грязно-серого цвета от невозможности психики справляться с такой скоростью жизни.

Ему также было плохо в этом, как и ей, однако он не осознавал вреда, наносимого обоим, влекомый какой-то далёкой несбыточной мечтой и местом, где они наконец-то смогут остановиться и почувствовать себя по-настоящему счастливыми... Внутри него непрестанно велась война и погоня, а она превратилась в его верную боевую подругу, которая сопровождала его во всех его безумствах, принимая на себя удар его эмоций и чувств, которые он не способен был проживать внутри себя.

На сколько, поначалу он казался ей похожим на неё саму, на столько же они оказались совершенно разными. При его кажущейся гиперобщительности, он был интровертом, которого напрягало большое количество людей. Она же, наоборот любила шумные тусовки и большое скопление народу. Когда он начинал впадать в депрессивные состояния, она напротив шла до конца любой ценой. Там, где ему не хватало самообладания, она брала себя в руки и решала вопрос за двоих. Во многом они были схожи, во многом дополняли друг друга, и ей казалось, что повстречавшись они до войны, они были бы идеальной парой.

Для него, их отношения были как дежавю, всё это он уже проживал с девушкой, носившей такое же имя, как и она - его любимое - как нарицательное, какое-то особенное и играющее ключевую роль в поворотных моментах его жизни. Но если для неё эти отношения были на самой ранней стадии после серьёзного расставания, то складывалось впечатление, что он уже всё решил и любое расхождение во взглядах наносило ему урон.

Когда они наконец подъехали к озеру, которое он так хотел ей показать, они сели на скамейку и он укрыл её пледом от сильного ветра, трепавшего её непослушные локоны, и так они спокойно пробыли несколько минут. Там было хорошо. Она запомнила этот момент: как они спокойно разговаривали и смеялись, пока её ноги, вмиг испачкавшиеся от здешних болот, грелись в его ладонях, она улыбалась. Чтоб высказывать восхищение, ей надо было задерживаться в месте на какое-то время, чтоб прочувствовать и понять его, он же, попросту, не давал ей ни малейшего шанса на это осознавание, некую паузу.

Ему казалось, что там слишком много людей и что это не самое красивое место, поэтому они вновь поехали в поисках того самого... идеального пейзажа для неё. Со стороны казалось, что он делал всё возможное, чтоб её покорить и она знала, что внутри себя он свято верил в это. На самом же деле, он и не замечал её, потому что просто не успевал, он был настолько поглощён своей идеей фикс, что она стала всего-лишь призраком, слабо державшим его за руку жизни. Заслуживать любовь - его проторенная дорожка и эта девушка не была исключением.

Такое громкое обещание тишины и спокойствия сменилось бесконечной гонкой и тревожностью, которое нарастало в нём каждый день. Глубоко внутри, ему было очень страшно и хотелось спрятаться ото всех... Сидя на перевёрнутой лодке, вдали от всех, она улыбалась, а он навсегда запечатлил этот момент на своём телефоне.

У него была странная манера переключаться. Отношения с ним были похожи на переключение каналов перед телевизором или листание ленты. Он называл это клиповым мышлением: взять в руки телефон и забыть для чего, направляться в магазин, но по дороге забыть об этом и пойти в другое место. Невозможность выслушивать её из-за отсутствия концентрации внимания, что априори сводило на нет весь смысл разговора. Сначала ей казалось, что это его рассеянность, но со временем, она начала понимать, что с ним что-то не так...

Он очень много говорил. Практически без остановки, комментируя всё, что видел вокруг: свои мысли, события, прошлое и будущее, смутно осознавая настоящий момент. Было такое ощущение, как-будто внутри него ничего не удерживалось и не переваривалось. Слова, чувства и всё то, что у нормального человека спокойно оставалось внутри, у него выходило наружу в какой-то нездоровой форме.

Иногда она ловила его на лжи, глубокий мотив которой, был ей не до конца понятен. Найдя в его куртке и машине пачки от сигарет, он таки со временем сознался ей, что иногда курит. Она поняла, что он не доверяет и боится пасть в её глазах. На сколько снаружи он казался уверенным в себе, на столько же внутри него всё расползалось на части от страха и боязни несоотвествовать той, ради которой он сворачивал горы.

У него была странная зависимость от телефона, в котором он должен был читать в день миллион сообщений с разных групп, контролируя таким образом всё вокруг. Группы эти, носили исключительно военный характер, где жестокость и насилие казались нормой для психики, повидавшей так много смертей... Он часто говорил одно и то же по три-четыре раза, рассказывал одни и те же истории или забывал значимые моменты, например такие, как предложение руки и сердца.

У него были проблемы со сном. Лечь вовремя он не мог, постоянно листая ленту, просыпался он рано, часто от сообщений или звонков. Телефон он не выключал никогда, сон был поверхностным и тревожным, хронический недосып ещё больше будоражил и без того истощённую нервную систему. Контроль был его главным врагом, разрушая его самого и всё вокруг. Бесконечная гипертревожность и гиперответственность, по итогу вылились в невозможность справляться с элементарными жизненными задачами.

Рядом с ним она истощилась за несколько дней до такого состояния, что у неё не было сил даже разговаривать. Этот нездоровый образ жизни разрушал не только его, но и её и в один из таких дней, он просто довёл её до панической атаки. Чувство было, что он влил в неё всё, что не удерживалось внутри него и её психика при отсутствии нормального сна и режима дня, просто не выдержала.

Она вышла с машины и села на берегу какого-то озера, закрывая лицо руками, рыдая и жадно пытаясь надышаться от нехватки воздуха. Открыв глаза, она увидела совсем рядом с собой лебедя, который с удивлением наблюдал за ней. Он был настолько близко, что она очень удивилась, как раньше не заметила его. Что-то было не так. Ей было очень плохо. На тот момент она ещё не осознавала происходящего и списывала это на банальную усталость. Он подошёл, взял её на руки и отнёс в машину, нежно гладя по волосам и успокаивая.

Много времени спустя, когда она писала вторую часть этого произведения, проживая таким образом заново чувства минувших дней, она вдруг, неожиданно для себя поняла, что он действительно её любил... как мог... языком своей болезни и тревожности, своих внутренних демонов и страданий, но он её любил...