Роняю на землю золото листьев

Роняю на землю золото листьев,
Лучами пробив купола деревьев.
Роняю на землю багровые листья
кленов, кустарников…
Роняю на землю.

Играю радугой на росинке,
Былинкой тонкой тянусь ко счастью:
В моей слабости моя сила,
В моей радости - моё отчаянье.

Роняю на землю плоды деревьев,
Роняю на землю птиц обречённых,
Роняю на землю любящих женщин,
Сквозь их открытость и облегчённость.

Роняю на землю слова о счастье,
Лживости яркой совсем не внемля,
Роняю на землю, - не защищая,
Роняю,   
Роняю,
Роняю на землю.

Как жаворонок взлетаю к солнцу
И, захлебнувшись от счастья, слабею:
Чувствую,
Чувствую облегченность
Роняя,
Роняя себя на землю.

@ Сергей Юрьевич Радченко


Рецензии
Рецензия Игоря Льва:

- Забегая вперёд: зацепился вниманием за эту ;облегчённость; - сначала женщин, уроненных на землю, потом и нашего героя, который и себя уронил. Точнее: роняет и роняет.
Так я себе назначаю задание, чтобы, заинтригованный, открывать смысл послания.

;Роняю на землю золото листьев;
Это я роняю эти листья. Этот снег и этот дождь. И солнце это я включаю. Его лучами пробивая листву. А вечером розовым его светом окрашиваю прощание с днём. И радуга на росинке - я, былинка, вверх струящаяся - про меня.

Тут речь о том, что всё это во мне. Это моя ответственность - мои ощущения от внешнего мира. Я слушаю, как мир рассказывает мне про меня.

;Роняю... роняю... роняю... роняю...; - это про ритм, который отсчитывает мне уходящее время.

Образ осенних листьев, падающих невозвратно, как проходящие дни, обращает внимание героя, что, как и плоды, как птицы, падающие и навсегда уходящие в прошедшую даль, так и любящие женщины его (мои) опали с меня и всё дальше, дальше от меня путевыми столбиками дней, слетающих с календаря.

Роняю на землю любящих женщин,
Сквозь их открытость и облегчённость;.

Не смотря на их открытость: они открылись мне, но я всё равно их уронил.

;Облегчённость; любящих женщин: когда женщина оказывается в любви, с нею спадает напряжение тревоги, груз неизвестности, не ошибётся ли она с вложением своих сокровищ.

Я роняю женщину и она снова оказывается под гнётом сорванности - как срезанный цветок, оказавшийся ничьим, никому. Не правда ли, явление драматическое. Если не трагическое.
Но, запомнив эту зарубку, вникаю дальше.

;В моей слабости моя сила,
В моей радости - моё отчаянье;.

Упаду, зайду в тупик - это меня мобилизует на творчество - и выход-решение найду.

А когда обрадуюсь свершённому, успокаиваюсь и теряю движение, чтобы снова катиться в тупик пустоты, теряя время.

;Как жаворонок взлетаю к солнцу
И, захлебнувшись от счастья, слабею:

Чувствую,
Чувствую облегченность
Роняя,
Роняя себя на землю;.

А ведь это сев. Так засевается земля - в неё роняют зёрна-семена.
Момент счастья, а потом - ронять себя на землю. То есть, добытым счастьем засевать почву.

Так вот, почему облегчённость - это от бремени плода (в котором семена) облегчение.

Вот и разгадка облегчённости любящих женщин. Их суть - любовь, ею они тяжелы, не встречая объекта своего, на которого можно будет излить счастье свершившегося таинства.

Другие рецензии Игоря Льва на стихи Сергея Радченко: http://proza.ru/avtor/sergeyrad&book=9#9

Дарья Кезина   09.10.2025 08:05     Заявить о нарушении