Ворона, лисица и медведь

Летела ворона. И так уж случилось –
за ель куском сыра она зацепилась.
На ветку покрепче перебралась,
погрызть свой сырок вот уже собралась.
Но лиса тут, как тут, из кустов появилась.

Завиляла хвостом, засуетилась,
лапкой о веточку облокотилась.
Комплимент захотела сказать очень чинно,
но получилось сумбурно и длинно.
Прищурясь, лисица разговорилась:

«О, прелестная дама ворона!
Золотую в алмазах корону,
если б на то была воля моя,
за твою красоту присудила бы я.
И сыр с колбасой, без сомнения,
за твоё виртуозное пение».

Услышав, что славит её весь народ,
ворона едва не открыла свой рот.
Слегка зашаталась, но удержалась,
прищурив глазёнки, заулыбалась,
почесав о сучок свой бурлящий живот.

Бормочет, не унимается лисица:
«Поверь, соседка, чудо-птица!
Ты певица! Не вру тебя я.
Твой голос прекрасней щелчков соловья!
Спой, не скупись, мы с тобой же друзья?»

Тут что-то в зобу у вороны случилось,
сознание в мозгу от похвал помутилось.
Свой голос услышать? Не в силах терпеть,
раскрыла свой клюв и давай громко петь.
Упал сыр в кусты, где спал бурый медведь.

Почуяв сыр, медведь проснулся,
от вороны лапой отмахнулся,
сыр слизнул, чуть-чуть не поперхнулся,
лисице хитро улыбнулся,
зевнул и к ёлке попой развернулся.

Басня сия не о птице певучей,
не о лисице плутовке хитрющей,
а о медведе, что просто везучий.
Везет тому, кто любит спать,
тому, кто знает, где удачу ждать.

И в жизни людей так частенько бывает.
Кто трудом, а кто хитростью хлеб добывает.
А кто-то сидит, от безделья зевает,
На стараньях других
свой роток набивает.