В свой срок поймешь и ты, что вплетена, как я,
в милетский говор ос, в аркадский звон ручья."
МЩ. Другая жизнь. 1993
*****
— О чем, уставший враг зимы,
Войны, раздора и чумы,
Из пустоши Замониторья,
(Что прежде звалось Лукоморьем)
Забыв о жажде среди дюн,
Премудрый мартовский Баюн,
Рождён в один из дней весны
В туман идущим шепчешь сны?
— Там тени у небесных окон,
Ладоней трепет, дрожь ресниц,
И падает стыдливо локон
На связь волокон, ткань частиц.
Где местного Эдема травы
Так неизбывно высоки,
Осины, пихты и дубравы,
И странны птичьи языки -
От майских гроз до суховея,
Круша гранит и хризолит,
Прильнув к еловому елею,
Лелеет хлад сестра Лилит.
М-да, честно скажу, производит впечатление густого, образного поэтического сна, где мифология, природа и личное переживание переплетаются в единое символическое пространство. Вы построили текст как загадочный диалог с «мартовским Баюном», соединяя фольклорные и культурные аллюзии с современными намёками, вроде «Замониторья». Образы природы и телесной близости (трепет ладоней, дрожь ресниц, падающий локон), для меня создают ощущение живой, почти осязаемой ткани мира. При этом чувствуется скрытая тревога и холод, усиливаемые финальным появлением образа Лилит. Текст насыщен символами и требует внимательного чтения, поскольку смысл раскрывается скорее через атмосферу и ассоциации, чем через прямой сюжет. В целом это поэтическая вариация на тему иной, скрытой реальности, где миф и современность неожиданно соприкасаются. Спасибо!
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.