Этюды в письмах на воде

             Ироническая аллегория
             http://stihi.ru/2023/11/19/5059

Атлантида на Атлантиде, осколочно и на Тавриде,
а Гамлет на Гамлете, иврит на иврите,
о, сколько ещё будут длится мои представления в лицах.
               
             С глазу на глаз, (соавтор) и я – предыстория.               

(– В быту непотопляемых речитативов
замечена на слуху Атлантида – фифа архивов,
             конечно, не город Z,
растворившийся, как снег в ночлег.
             Это лямы лет, кислородных карантинов портрет,
из бижутерий и экс-суеверий в подарок подводный хребет –
             девственный холст, с фосфорной росписью звёзд.
Не существенная, но и не выдуманная, млечными слухами очевидная).

…Соавтора  философский монокостюм, на современный лад ославит мой трюм –
             Я ж предысторий икринка, потеряшка, от бублика дырка,
за спиною открытий, серия жанровых клонов
                с эффектом деления активных нейронов.
Правда, на теневом посту вахту несут
             неуравновешенные Луна и Солнце,
принесённые, якобы, мною в подольце –
             радар моего рассвета, кокон бесконечного сюжета
воздушной феи с корифеями Гипербореи, потомками Древнейших бактерий.
            (– Вроде люди, как люди, слава Богу, не Симпсоны и шериф Вуди)
…Спотыкались о линии моих акваторий,
            затерянного мира фолк-хистори.
                ...В целом, неохваченный материком,
            избегает известности полузамкнутый водоём,
в одиночном плавании налегке, клок Атлантика в Атлантике.               
                (– В метриках – мама Аксиома постулата,
            первый из десяти императоров папа Атлант кванта 
и эра-э-э-эр – дочь Атлантида константа)
                …Стоп кадр, между явью и мифом
в обратном порядке 25-го часа с рождением острова сбила компа’сы –
            предтечей перевоплощений, пространственных воображений.
                Топографические аномалии жертвуют правилами,
время контрастных фигур, эксклюзивных культур
                и чаяний, и славы бум, и гениев флорариум.
            Безбрежность эволюционна в пылинках радужных озона,
незнанья риск, прилив надежд, духовный поиск, пика писк,
            и водопады, и наяды, рулад светодиодные фасады,
                не ведая хлопот, жемчужиной слывёт народ.
(– Хотя, ещё до новых эр, под обаянием манер её творил Бог ПионЭр)
            …Века, держитесь за облака, точка кипения калейдоскоп,
                невероятных судеб и идей небоскрёб,
            а, по ту сторону Цельсия, титанического мозга процессия.
(– Вся расписана по минутам – фонды, гранды её абсолюты)
                …Такова крепостная легенда «Плавучего Дома»,
                с телесной картой личного астронома.
            Фанатея от природного арсенала, токката'ют в капеллах органы
                колосеют Колоссы, Геркулесовы столбоносы,
            нога на ногу, я религии вплетаю в косы.
(– Пере-аншлаг, мир истерит! Нирваной сатанеет зенит.
            Это ж, Библейский хорей, у каждой мелодии свой Орфей –
                чо-как, «Похоронный» ШопЕновский)               
…Соавтор, потрудитесь понять – танго акулы профиль ПЛАТОНовский –
                отрицающий края Земли, как морозный наркоз Дали.
            (Платоновский, наполеоновский, Шамаханши Корсоковский,
твою мать! Время чудес переливаешь в дремучий полонез
            галактического вертепа из неолитического склепа.
                Зашкалил озноб самооценок с отклонением магнитных стрелок,
            как атомная субмарина, тотальный садом, а ей ни по чём).
…Эти лабиринты теней, искус бредней.
            Климат стрейч архиерей, с облачностью «сиреневых кудрей»*,
опередил чучел финал, хим атак, беспилотных бяк карнавал,
                ты укорами-то не кори, не сдаются мои сизари.
Их очами постигаю с прелюбодеянием охоту за северным сиянием.
            Соло дремлющих моих вулканов перекликаются
                с диадемой Крымских гор Магелланов,
                словно Маугли  с марципаном –
            «душою пёстрый Самарканд с британским акцентом, как дилетант,
от таврических мега-пространств до дальневосточных Ибиц коленопрекладств»**.
           (– И Океан во имя любви фортанул туманами визави.
О-о-о, предсказуемый век – пылкого  энтузиазма разбег,
            вся ненасытного ума жилка творения, цифрового раскрепощения,
                и вне игры Прогибание земной коры).
               
…Жаба, зависть не прочь просканировать непутёвую дочь,               
           а впрочем, Ночь последних объятий не превозмочь.
                (– Океан перечитанных книг затаил дыхание в миг.
           Мир гениев её ваял. Ч-ч-чь и семя произвола распылял,
а люди, что они, как дети, жемчужным светом засосало междометие,
                каждый, как пьяный философ со своей одиссеей,
           на весах, неоценимых исключений, её-ж, фарисеяли, Фарисеи).
…Очень премило! Пик правосудия, восторг безумия, в неограниченном прокате-людия.
                Всё алмазно!!! Камарилья «шёлковых дисциплин»
           и мой муравейник – сектор пружин,
                весь в счастливом погружении, как один –
           Виват! Виват, сдвиг тектонический, священно-летаргический,
                и вот он, час последнего прощанья со Светом органическим:
           Гремела музыка! Лились стихи поэтов!
– Как вулканический порог, сей эпилог затоплен впрок               
                Не выл, не грохотал прибой!               
           Разверзнув пасть, простился океан со мной –               
переливается времён река, я замороженная Мекка.
                (– И снятся властелинше вод, не будем забегать вперёд).
…Снится? Эффект глубины и мягкое свеченье звёздной канвы,
            на паутине волн я чайка из стаи черных лебедей, и чисел нет в помине и теней,
                и парусным конвоем, поющая катушка Тесла, романти земное.
             

Р.S. Непредсказуем и жесток, коварных поцелуев сей урок,
 с овальным зеркалом в секунду помирилась
                и горделиво любоваться разучилась.
 (– Всё, что хотите, про неё говорите, нагнетая к ней интерес,
ворошите, ворошите ради наитий, непересказанных чудес).
 

* – Автор «сиреневых кудрей* – Иван Лукаш «Цветы ядовитые»,
** – Ирония автора Т.Милич.
«Держись за облака» – Х/Ф – 1971г.
Сизари – голуби
Танго "Акулы" - А. Пьяццолла
и безграничный интернет наитий.