Стихи ни о чем

За последней чертой
горизонта событий,

Там,где в бездну впадают
пространство и свет,

Далеко—далеко
от земных перепитий,

Где владычество времени
сходит на нет.

Зародилось живое
и чистое "нечто",

Точно призрак под черным,
дырявым плащом,

И помчалось покинув
портал в бесконечность,

С повеления...
или с чего—то ещё...

Мимо шлейфов комет
по просторам вселенной,

Ускоряясь, на область
парадов планет,

Миг за мигом яснее
предчувствуя бренный,

Растревоженный мир
суетами сует.

Приближаясь,"загадочный
путник" увидел

Небольшой и немного
приплюснутый шар,

Находя его в самом
ужаснейшем виде,

В Палестине пылал
необъятный пожар.

Самолёты
садились на аэродромы

Исторгая неистовый
рокот и дым,

Развозили машины
гробы и патроны...

(Близок день когда станет
младенец седым)

Иордан, как в иронии,
к Мёртвому морю

Совершал неизменный,
размеренный курс,

Отражая свинцовое
небо и... горе...

Говорят где-то здесь
и родился Иисус.

Мировое сообщество—
соль парадокса,

Под личиной благих,
человечных идей,

Не имело как совести,
так и вопросов:

«За убийство детей
—убиваем детей»...

Разве это нормально,
на милость скажите?

Будто мир пребывает
в кошмарном бреду,

Если так, мне хоть
кто-нибудь, остановите,

Я на следующей, люди,
пожалуй, сойду!..—

За обычаи взяв
суть греха и порока,

Фарисеи эпохи
нейронных сетей,

Как когда—то их предки
губили пророков,

Марафон продолжают 
убийством детей.

А продажные шейхи
в песках Эмиратов,

Над богатствами чахнут
как в сказке Кощей,

В ослепительно белых
платках и рубахах,

Их бы в адское пламя
низвергнуть взашей.

Возвращаясь обратно
от этой ремарки,

Добавляю — под лживый
и грязный язык,

Им бы каждому втиснуть
"целительной марки",

Чтобы с ними случился
"божественный бзик".

"Нечто", как в галерее,
смотрело картины,

А возможно, что вовсе -
простое "ничто",

Полыхали
святые места Палестины,

Вместе с мудростью
старших и детской мечтой.

Ужаснулось "сакральное"
жутью момента,

Словно смертный
узревший последнюю тьму,

Но заметив  вглуби
мегаполиса где-то

Непонятный поток,
полетело к нему.

Сквозь движение атомов,
стены пронзая,

Как стилет
в исторической сцене кино,

Вдохновенье ворвалось
в периметр зала...

Вдохновенье!.. 
(О да! Это было—оно!..)

Где лежало во мраке
недвижное тело,

Немигающим взглядом
свербя потолок,

Сигарета меж пальцами
медленно тлела...

Заплелись в симбиоз
эпилог и пролог...

Неизвестный поэт
подскочил как безумный,

Закипела безудержность
горным ключом,

И на ярком стекле,
под сиянием лунным,

Написал заголовок:
«Стихи ни о чем»...