Дави

   Да-ви, да-ви, да-ви  … в таком дружном хоре начался новый день Ежевичного королевства -  со сбора урожая ежевики и выдавливания сока этой вкусненькой ягоды. Сок обычно выпивался за завтраком и за ужином, а на обед обходились отжимками. Один весёлый кузнечик очень хорошо работал своими лапками-прыгунками и без сомнения мог бы заменить с десяток самых толстенных и неповоротливых гусениц при давке. Папиляпа его похвалила и спросила
- Кузнечик, а тебе не обидно что ты работаешь за десятерых? Ведь этого все не могут увидеть и твой труд как-бы проходит даром.

- Нет, не обидно. Ведь для меня самое радостное что это заметила ты, моя царица! Я счастлив безумно.

- Будь счастлив кузнечик. А с такими как ты и все должны быть счастливы. А меня слишком не восхваляй, а то я могу обидеться.

   И Папиляпа пошла дальше, уже по праву свои владения осматривать. Сок давили везде где росла ежевика. Букашки листокрутки в это время занимались изготовлением емкостей в виде воронок, которые относили «паровозиком» жуки-носороги к давильщикам. А Заклёпка клепала дыры в этих воронках, если они появлялись и через них вытекал сок.
   И вдруг к Папиляпе с тревогой подлетел Кошмарик.
- Ёж наверху!
Кошмарик за себя не боялся. Ему нечего было опасаться. Он ведь малюсенький комарик, но инстинктивно боялся широкоротых жаб с их ловушками-языками, а жабам в глубоком и узком овраге, как говорится, ловить было нечего. Однажды сюда свалилась противная жаба, но всё-же выкорабкалась она кое-как, совершая неимоверные падения, исчерпав все свои жабьи силы. И после этого случая жаба здесь больше не появлялась. Кошмарик переживал за ползающих собратьев . . .
- Ёж наверху! - пищал он, кружась в полёте возле Папиляпы.

- Всем прекратить работу, приказала царица и быстрыми чередующимися прыжками выскочила из оврага. Надо было найти ежа! А найти его не так то просто, если он свернётся клубком, нацепив на свою колючую шкурку сухие листики и травинки. Но Папиляпа его всё-таки нашла благодаря своей «антенне», уловив чуть слышное сопение.

- Здравствуй почтеннейший и любезнейший ёж! Я Папиляпа - смотрительница этого глубокого оврага. Опасаясь за твою сокровенную жизнь, я хочу тебя предупредить, что если ты случайно свалишься в этот овраг, то никогда больше оттуда не выберешься!

- Это почему же? - возразил ёж.

- Если бы ты увидел сколько лежит на дне этого оврага скелетиков, когда по неосторожности такие же как ты ежи туда скатились, то обходил бы это место за тысячу черепашьих скреботулин.

- А почему ты обо мне так печёшься?
Я ведь для тебя ничего хорошего не сделал!

- Я Папиляпа. Я из ежиного племени. Мои родители были славными ежами и я родилась от их острых иголок на удивление всем. Вот по-этому я о тебе, достопочтенный ёж так беспокоюсь.

- Как хорошо что ты меня заметила и предупредила об опасности! Ты значит замечательна, и добра как моя добрая пища из улиток и червяков…
Выразив это замысловатое сравнение, с чувством какого-то облегчения, ёж удалился.
Папиляпа, удивясь тому как она ловко избавилась от опаснейшего ёжика, потихоньку пошла к берегу той самой реки которая низвергалась водопадом, нырнула в неё и через мгновение уже была в глубокой расщелине оврага.

- Всем продолжить работы! - скомандовала она, а Заклёпка пробублировав приказание, довела его до всех бросивших работу букашек. Но о том что произошло наверху знал всё видевший Кошмарик, и он как первый глашатай свежих новостей, разнёс эту радостную весть по королевству. Через какое-то время о случившемся уже узнали все. Папиляпу теперь стали не то что уважать, - ее просто полюбили! И всё что она говорила - стало восприниматься с особым вниманием, а указания выполнялись без промедления.