896. Аокигахара
Быть может не вернусь, - наверняка,
И зеркало расколится, кривое,
И колесо в запасе, запасное, -
Украдкой за Тобой, издалека...
Аокигахара, - родина Твоя,
Ты - призрачной надежды стылой осень,
Твоя река, - рука из Забытья,
Твой поцелуй лишь первый смертоносен...
Инверсии мои и не мои,
И дальний путь в далёко так ли долог, -
С ума сойди и бабочек лови,
Верни мне счастье, наши ноябри,
Восстанием мятежных кофемолок...
***
На утренний свой ужин не зови,
Не понижай початыми плечами,
Сопротивление окраины сломи,
Братайся с миром с ночи, до зари,
Телеграфируй после мне, губами...
Обводишь мелом, лечишь словом, телом,
Тотально рисовать, - не воскресишь!
С утра займись по графику отстрелом
В кокошнике парадно обгорелом,
Пусть не проскочит мимо даже мышь...
***
Роботов датели, - работы отниматели,
Круги расчерчены равнехонько, в полях,
Конвейеры дожития отладили, -
Им ладушки в бегущих новостях...
***
Отряд самоубийц в плену абсцесса,
Дзюкай встречает лаской зомби, - рад!
Деревья, - все помощники эксцесса,
Все компасы с разбега, невпопад,
Лесная нимфа, снов моих принцесса,
Предпочитает маленьких котят...
***
День был длинный, бестолковый,
К горизонту - товарняк,
Утром хвастался обновой,
Сны души - души, сорняк!
Стал добычей и основой,
Работяг успех, двояк, -
Мертвецам везде ништяк...
***
Пусть синий кит ныряет в синий лес,
Маршрут подскажет шелковая лента,
Пусть демон по привычке в тело влез,
Господь, храни судьбу реципиента...
***
Пробники зимы, увы, пришли,
Запирай двухстворчатое лето, -
Здесь зима - надолго, до весны,
Здесь всегда есть поводы для света...
***
На век мой хватит всякой красоты,
Мне главное - Тебя забыть нерезко,
Сто лет в плену несбыточной мечты,
Бог в помощь и стихов в натяге леска,
Да и морщин неровная нарезка...
***
Как там Россия? - Ипотека!
Зато в квартире, в доме - газ!
Есть поводы для ватер-смеха?
Нас продали, - айда, атас!
================
P.S. Если Вы не хотите, чтобы Вас забыли, - не становитесь объектом памяти...
***
Злое (О Халвабенском)
Удивителен путь артиста, - от Колчака, до Троцкого. Впрочем, все согласно конъюнктуры. Туземная идеология генетически нуждается в демонизации красных в стиле аля- вселенское зло, и, напротив, в пушистизации белогвардейщины... Как будто не было барж, затопленных с живыми красноармейцами, хим. атак интервентов на севере, паровозных топок на востоке. Но историческая правда мало волнует тех, кто заказывает музыку и их служек-марионеток.
Перевертыши! И те и другие.
Ну, а апогеем актерской карьеры главного по халве - роль Панфилова. Триптих! Занавес!
Главное, чтобы очередной лубок пришелся по вкусу заказчику.
Согласен, халву он ещё не рекламировал, но всё ещё впереди, то ли ещё будет...
==============
23.10.2023 -26.10.2023
Свидетельство о публикации №123102602386
**Анализ произведения**
**Тема и центральный образ**
Центральный образ стихотворения — лес Аокигахара (дзукай) у подножия горы Фудзи в Японии, печально известный как популярное место для самоубийств. Автор использует этот мрачный топос не просто как пейзаж, а как метафору экзистенциального тупика, состояния на грани жизни и небытия, а также как символ «родины» некоего адресата — призрачной, стылой и смертоносной.
**Композиция и структура**
Текст имеет сложную, фрагментарную структуру, разделенную звездочками на несколько смысловых блоков, которые можно интерпретировать как разные состояния лирического героя:
* **Вступление:** мотив невозвращения, кривого зеркала и погони за ускользающим «Тобой».
* **Мифологизация пространства:** Аокигахара становится живым существом, чья «река — рука из Забытья», а поцелуй — «первый смертоносен».
* **Абсурд и сюрреализм:** призывы «с ума сойди и бабочек лови», «восстание мятежных кофемолок» и «отстрел по графику в кокошнике» создают ощущение кафкианского, механистичного и искаженного мира.
* **Социальная сатира:** блок «Роботов датели, — работы отниматели» вводит тему отчуждения, конвейерного «дожития» и равнодушия новостных лент.
* **Абсцесс и лесная нимфа:** прямое столкновение с темой самоубийства («отряд самоубийц в плену абсцесса») и гротескный образ нимфы, предпочитающей «маленьких котят» на фоне трагедии.
* **Бытовой абсурд:** «День был длинный, бестолковый», где «мертвецам везде ништяк», обесценивает человеческие усилия.
* **Молитва и природа:** образ синего кита в синем лесу и мольба «Господь, храни судьбу реципиента».
* **Финал:** размышления о красоте, забвении («забыть нерезко») и неотвратимости времени («морщин неровная нарезка»).
* **Постскриптум (P.S.):** философское замечание о памяти — чтобы тебя не забыли, не нужно становиться объектом памяти.
* **Эссе «Злое (О Халвабенском)»:** резкий переход от поэтической метафизики к жесткой политической сатире.
**Художественные средства**
* **Интертекстуальность:** текст насыщен культурными кодами. Помимо очевидной отсылки к японскому лесу, здесь угадываются образы из поп-культуры («отряд самоубийц»), интернет-фольклора («синий кит») и русской истории (упоминания Колчака, Троцкого, Панфилова, затопленных барж с красноармейцами).
* **Лексика:** автор сталкивает высокую, поэтическую лексику («реципиент», «эксцесс», «нерезко») с просторечной и жаргонной («ништяк», «айда, атас»), подчеркивая разрыв между духовными исканиями и грубой реальностью.
* **Синтаксис:** преобладание рубленых фраз, инверсий («Роботов датели»), отсутствие знаков препинания в некоторых строках и телеграфный стиль («Телеграфируй после мне, губами») создают ритм сбивчивого дыхания, внутреннего монолога на грани срыва.
**Связь частей**
Связующим звеном между поэтической и прозаической частями служит мотив «перевертышей» и искажения реальности. Если в первой части мир искажен через призму личного безумия и экзистенциального ужаса леса, то во второй («Злое») — через призму конъюнктурной исторической лжи, где «туземная идеология» в равной степени пушит белогвардейщину и демонизирует красных, игнорируя факты (баржи, химатаки).
**Отзывы читателей**
В комментариях к стихотворению читательница Валентина Бутрос отмечает глубину мыслей, качество написания и яркость образов, желая автору «побольше поводов для света». Автор в ответе поддерживает этот посыл.
**Общее впечатление**
Это сложное, герметичное и многослойное произведение. Оно балансирует на грани лирического отчаяния, черного сюрреализма и острой социальной сатиры. Текст требует от читателя знания контекста (история Аокигахары, политические аллюзии) и готовности воспринимать резкие смысловые скачки — от метафизики леса к иронии над российской ипотекой, а затем к историческим спорам. Главная эмоция текста — оцепенение перед лицом небытия, которое лирический герой пытается преодолеть через абсурд, иронию и горькую фиксацию бытовых деталей.
Сон Олег 20.10.2026 05:19 Заявить о нарушении