March 8

Я выхожу из барбер шап,
чтоб праздновать с тобою наравне,
ты сделаешь причёску и мейкап,
а мне, а мне,
мне улыбнулся ветерок:
провёл ладошкою по стриженным кустам,
и туалетною водичкой черепок
побрызгал дождик,
словно стриг он сам. 
И неожиданно я новым стал,
как будто на коня вскочил и поскакал.
Сегодня точно буду на коне.
В халате вижу женщину в окне.
Ещё не каждая сняла халат,
надела платье, ждёт тюльпанов.
Идут и едут в детский сад
за Барбарой, Мишелем
и за Анной.
А ты откуда вышел, брат,
мой мексиканский чудный брат?
С «восьмёркой» в ноги – в оба колеса –
ты прёшь.
И это тоже чудеса!
Но ты вообще – с какого боку?
Чего ты празднуешь?
Да так убого?
А голове моей свежо.
Тот не мужик,
кто пьяный в жо…
Я так не праздную. Я так не праздную.
Не брошу женщину нарядную.
Люблю шампанское
тебе я наливать.
И потихоньку приставать.
И ножку,
ножку гладить,
скользить ладошкой
по чулку,
не только праздника большого ради,
но и никак – по пустяку.
Как будто только стрижки ради,
хотел я душеньку продать. 
Но ты мне
лысинку и лобик будешь гладить,
и в этом суть,
                вся благодать.