Сказ про ведьму

постучалась ведьма в двери,
он к себе её впустил.
потому как в ведьм не верил,
потому как молод был.
думал в сказках они только,
и смотреть на них нельзя.
а у этой глазки - зорьки
и прекрасна с виду вся.

он - Иван, её звать Марьей,
слово за слово и вот,
написался их сценарий
и всерьёз, и наперёд.

свадьбу справили не ждали
никаких иных времён,
хоть друзья ему кричали,
то что в ведьму он влюблён.
что к себе приворожила,
и наследство тому суть,
что под маской милой скрыла
всю неясность, сумрак, муть.

он рассорился с друзьями,
была драка, была кровь.
он готов был и с чертями
биться за свою любовь.
разругался и с подругой,
рыжей, рядом что жила.
оттого как много слухов
всем про ведьму разнесла.

та соседка же носила
Ваню в голове давно.
с детства самого любила,
вместе в школу и в кино.
но мечтам увы не сбыться,
с ведьмой обручён навек.
ей бы надо бы смириться,
но в душе метель да снег...

ну а пара молодая,
не глядит на всех вокруг.
в своём мире, в своём рае,
чертит свой семейный круг.
на вражду не отвечают,
прошлое не бередят.
тихо счастье наживают
кашу варят, щи едят.

но однажды, старец, нищий,
заплутал случайно в дом.
нищий шёл за кровом, пищей
в непогоду, под дождём.
молодой хозяин встретил,
дал воды и хлеба дал.
и про нрав на белом свете
он от странника узнал.

тот поведал про дорогу,
и о людях, городах.
о судьбе своей немного,
роковых своих годах.
то как жил, не зная голи,
жил безбедно, широко.
как влюбился в глазки-зори,
что сгубили жизнь его.

говорил о той, в деталях,
как картину рисовал.
говорил о той, в печали -
её волей нищим стал.
через сердце всё забрала,
всё что было загребла.
отставного генерала
в пьянь убогую свела.

и пустила вдаль по миру,
с тем что принял чемодан
а как продала квартиру,
так сама ушла в туман.
и никто не слышал больше
ничего о ней потом.
говорили - может в Польше,
случай схожий был с купцом...

молодой хозяин слушал,
букву каждую внимал.
и в девице этой ушлой,
свою милую признал.
оттого не мог на месте,
дальше просто так стоять
мысли о своей невесте
было сложно удержать.

взял с комода фотоснимок:
под фатой она, с кольцом,
пара родинок-крупинок -
старец побелел лицом.
вздрогнул и перекрестился,
вышел быстро за порог.
будто бес в него вселился -
удалился со всех ног...

убежал, весь в дикой дрожи,
только фраз повис фантом:
что ошибки быть не может,
что опасен этот дом...
убежал, а взгляд стеклянный,
с ромом на сервант забрёл.
был хозяин страшно странный,
был хозяин страшно зол.

с горяча приходят беды,
горячится не спешил
и с женою за обедом
пары слов не проронил.
но когда уснула позже,
долго думать всё ж не стал.
ремешком брючным из кожи
ведьму накрепко связал.
в запах пыльной мешковины,
затолкал небрежно в миг.
поволок взвалив на спину,
под истошный, жалкий крик.

на далёкий остров лодку
горечь в гневе донесла.
ветки, сложенные горкой
ждали пламени костра...

дни и ночи пролетели,
и молва вовсю идёт,
что Иван уж как неделю
в одиночестве живёт.
дело стал иметь не с теми,
стал мрачнее, стал черней.
за зелёным горьким змеем
сводит счёт с душой своей.

люд как рой не утихает:
"бросила его, видать.
вон как пьёт, не просыхает.
ведьма - что ж ещё сказать..."
видят тяжкие мученья,
но не знает всё народ -
он не ищет утешенья,
ищет он свой эшафот.

вид неряшливый, усталый,
худобу не может скрыть.
заходить соседка стала,
чтоб по кухне подсобить.
чтоб облегчить его горе,
чтоб скорее мгла сошла.
постепенно вещи вскоре
в дом свои перенесла.

незаметно, взяла в руки,
всё что было на кону.
всё что сделали бы слуги,
заменила и жену.
только вся её подмога,
толк давала нулевой.
участились лишь предлоги
для ночёвок под пивной.

как-то, утром, протрезвевший,
нужный не найдя "нектар".
одолел он вёрсты пешью,
чтобы снять похмельный жар.
в поисках спиртной отравы,
по щебёнке, возле шпал.
мимо сонного состава,
вышел прямо на вокзал.

пустота. перрон просторный,
пара запертых ларьков.
скрип разносится от формы
круглых уличных часов.
возле них, не специально,
сбавил он в шагах свой пыл,
у афиши театральной,
вдруг как вкопанный застыл.

побледнел помятым взором,
сложно словом передать:
в нарисованном актёре
смог он нищего узнать.
но был нищий тот не нищий,
главной роли лицедей
из-под радостных усищей
на премьеру звал людей.

мыслей тьма, вопросов тонны,
как не сдвинуться умом.
среди улиц незнакомых
стал Иван ходить кругом.
и спустя второго часа
притаился как шпион
под табличкой "Рядом касса"
у театра, у колонн.

горделиво, твёрдо, чинно,
с ярким перстнем на руке
шёл совсем седой мужчина,
в модном, стильном пиджаке.
шёл и сразу не заметил,
незнакомца хмурый лик,
как внезапно словно ветер
прямо перед ним возник.

"значит ты совсем не нищий" -
словно выстрел прозвучал -
"отчего в годах, приличный,
ты тогда в мой дом попал?"
задрожал старик по делу,
напугал суровый взгляд.
кожа выкрасилась мелом,
с головы до самых пят:

"я актёр... я без напряга,
продаю свой скромный дар.
и сыграл того бродягу
за серьёзный гонорар."
- кто же? кто придумал это?
кто в обман вовлёк такой?
- тут же вздрогнул от ответа:
"девка с рыжей головой..."

под запястьем пульс забился,
вызвал в сердце резонанс.
у Ивана вдруг сложился,
весь не карточный пасьянс.
рухнула стена по кругу
из высоких острых пик.
осознал кто был подругой
и кто ведьмой был из них.

осознал. вернулся к дому.
прочь соседку в раз изгнал.
и от мест своих знакомых
лодкой курс на остров взял.
в ливни, сброшенные тучей,
в ветра штормовую прыть.
чтобы стала боль чуть глуше,
чтоб дождями её смыть.

лодку щепкой всяк бросало
над свирепостью глубин.
что Ивана в ней держало,
знает только бог один.
лишь у берегов желанных
буря обратилась в быль
и рассеялись туманы,
море нарядилось в штиль.

холм и хижина у леса,
от неё тропа вдоль скал,
статной поступью принцессы
шла девчина на причал.
встречного узнала сразу,
только вид не подала
как от хвори, от проказы,
глазки-зори отвела.

"Марья, нету мне прощенья,
предал я тебя, болван..." –
в исповеди, на колени,
прямо в ноги пал Иван.
говорил, то что повинен,
сам сумел всё погубить,
а судьбу его отныне
может лишь она решить.

и как чуткая из женщин,
веря чувствам и словам -
в глубь своих душевных трещин
приняла его бальзам.
в покаянии такого,
словно снятого с креста.
чтобы всё построить снова,
снова с чистого листа.

***

под итог сего рассказа,
верным будет указать:
ведьмы есть, но только сразу
их не просто распознать.
от сюжетов схожих, странных,
переполнен свет вокруг.
миллион таких Иванов,
миллион таких подруг.