А память острей и больнее

Задумчивый ветер листву ворошил,               
С собой увлекая куда-то,
И мысли рождались о том, как ты жил,               
О том, что ушло безвозвратно.
 
О том, как бездарно мы тратим труды, 
Меняя успех на ненужность,
О том, как однажды предав все мечты,
Мы крутимся в круга окружности.               

И время проводим в плену жалких грез,   
Не видя сердец пустоту, 
А раньше могли дотянуться до звезд,
К высотам стремясь, в красоту.

И жалко то светлое время до слез!
А память острей и больнее
Кричит, призывая к ответу всерьез.
Вот только ответить что мне ей?      

Сказать, что порою наивной была               
В плену непрозрачных иллюзий,            
Обид не прощала и в гневе кляла,             
Связав все в немыслимый узел? 

Что слабость души проявляла не раз,
За ширмой улыбки скрываясь,
И гордость лелея, жила напоказ,         
А ночью слезьми умывалась?

Признаться: во всем виновата сама,
Наотмашь жила, не по вере,
Что болью забиты души закрома,   
И заперты прочно все двери?

Признаюсь! И что? Улетели года.               
Уже не вернуть, не исправить…
А память острей и больнее стократ
Мне сердце упреками давит.