Третий Рим

1.
Вначале не было особенных  заслуг,
а  были  слишком велики просторы,
препятствием для многих алчных рук
служили топи,  реки  или горы.

Порабощая племена вокруг
других широт, ни в чём  не зная меры,
«сверхчеловекам»  было недосуг
ходить  сюда  в начале нашей эры:


Здесь  «гнусь»  была свирепее и звери ;
не пальмы  плодоносные, а ели,
росли  на  этих   мрачных   берегах,
бездонны  омуты, и  варвары  доселе

перед империей незнающие  страх,
без рабства никому не ясно как 
века прожили  с верой ,  что в  холмах
до срока пробуждения в  потомках

спят духи предков, бывших в их родах,
растили хлеб, и на звериных  тропах
охотились, встречая там зверей
намного чаще, чем иных  людей,

и сами не искали с ними встречи,
и поклонялись собственным Богам
стихиям посвящённым, но предтечей
иных времён и к этим берегам

ладьи причалили: меняли шёлк на свечи,
и мёд на  амфоры. «Всем сёстрам по серьгам»
тогда досталось, новым языкам
открылись уши, чудное глазам,

и сами к ним по морю и по суше
отправились отважные купцы,
как плиты  тектонические души
сошлись и разошлись во все концы.

О первом Риме, мы не много знаем
из грамот, что  из русской бересты,
или давно утеряны листы,
иль клинопись ещё  не понимаем.

 2.
 
Иное дело в дни второго Рима,
великие князья нередко схиму
здесь принимали в свой предсмертный час.
Тонка почти  как паутинка  связь,

но на просторах этих прижилась
прочнее даже там, где родилась,
а может потому и сохранилась
восточного обряда власть и сила.

С ней миссия на голову свалилась,
веригами повисла на ногах,
в крови и в поте , в муках родилась
или как птица - Феникс возродилась

из пепла в этом  тигле, и сложилась
империя в несокрушимый  сплав.
И кто-то тихо произнёс:  «Свершилось!»
как Иоан, о Том , кто «… смерть поправ».

Конечно, я не о догматах веры,
не о нюансах, мне нужны примеры
библейские затем, чтоб показать
не Богочеловека ипостась,

а приближенье к Богу человеков,
которым не чужды ни грех, ни страсть,
а всё же  заповедано от века
родиться здесь и здесь же умирать.

Нет дело не в «чужих государях»,
не в тех, что из варягов на лодчонках,
когда – то прибыли  и делали «не так»,
не  в том , что знать на разных языках

здесь говорила лучше , чем на русском,
а мир был слишком малым или узким …
А было так, скорее вопреки
привычным представлениям о Риме,

3.

Не где  ни будь, вокруг Москвы – реки
сплотились люди,  в смертный бой с «немыми»
вступили расы, веры, языки,
и Бог, я думаю, присутствовал незримо,

не обошлось там без его руки,
и идолов нацистских сокрушили,
и в первый Рим, и во второй вошли,
но времена иные наступили…

Не мне судить , какой он третий Рим,
и правда ли , что Бог Россию создал,
«затем, чтобы показывать другим,
как жить нельзя», или напротив должно.

Но если, впрямь, империи как люди…
То та , что родилась , окрепла тут
и будет умирать…  Другой не будет!
Нас  переубеждать -  напрасный труд.

И даже если пнула сапожищем,
дала под дых , и не была, как  мать,
или  ларцом  с двойным предстала днищем
другую  днём с огнём мы не  отыщем,

и дай нам Бог , чтоб не пришлось искать
в своей стране,  вдруг  оказавшись лишним.