Теперь мы молнии, которые прикрывают наши спины. По дегтю ползет рубильник, косы отторгнуты от зияния. Теперь мы в нашем разносортном рубильнике как буквы на челе, как гиппопотам в вазе - млелые, черные, невоспитанные. Теперь этот ботинок разверзается в немом небе и кидает свои оплеухи через плечи, и слышны окончившиеся цветения мимоз, как катастрофы. Место для боли занимает полость, и мы слышим наши губы, наши рты громче всего. Кони отпечатываются на судьбе, и грохот запечатывает оставшиеся слова в книгу.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.