Сумерки

Вечер красками сонными по́лнится,
Понемногу ко тьме привыкая.
Вдалеке очень медленно кло́нится
За черту обозримого края,

Остывая, последнее облако,
Затухающей ламповой проволокой,
Освещать не имеющей силы.
И, лишившись подпитки светила,

Красный тон понемногу теряет.
Так и сталь горяча́ и трескуча,
Как сияют закатные тучи,
Коли солнце лучами пронзает

Их багряно-златистую пену,
Драгоценные их телеса́.
И податливо древнему плену,
Доверяя луне небеса,

Солнце в царство теней поспешает.
Ночь не жалует яркости света,
И своей темнотой охлаждает
Всё, что ласково было согрето

Исчезающим в сумерках днём.
Звук крыла пролетающей мыши
Не оставит сомнения в том,
Что природа по-прежнему дышит

С частотой завывания сов.
Тише, сердце! Мышление, тише!
У меня только восемь часов
Разглядеть, что́ лазурного выше.

Даже нет пяти сотен минут!
Как же быть, коли вглубь мирозданья
Бесконечные звёзды зовут?
Тише, чаянья. Тише, дыханье.