Глава пятая

Мой друг, чтоб ты сделал, увидев тот сон
Когда на тебя Бог свой взор обращает?
А я бы - наверное в церковь пришёл
И с пастором вестью такой поделился.
Но нет. За всё время что Богу служу,
Я образ Его ни в одном сне не видел;
Да и по жизни своей - никогда!
Вот то ответственно я заявляю.

А как же является Он? О вопрос!
Ответ очень прост , - во предзнаменованьях…
Мой друг, отвлеклись мы от темы чуть-чуть;
К повествованью пора б возвратиться.

. . . . .  Что же  там впереди?
Земли восточные: степь и приволье,
Горы с укрытыми в них островках
Рощиц зелёных, прохладу держащих.
Реки. Луга заливные у пойм;
Лебеди белые в синих озёрах. . .
Об этом и думать Иаков не мог;
Кроме степи ничего он не видел
В жизни своей. Никуда не ступал
Дальше шатра, а в простом городишке
Там где он жил, - только люди и скот -
То он впитал с молоком материнским,
Но и винить в этом незачем! Он -
Только гнездо своё кинул под крышей.
Чуть оперившись, расправил крыло,
Выше и выше стал в небо стремиться;
Всё с чем пришлось вдруг расстаться ему -
В сердце по-новому хлынуло болью.
Жалость к слепому отцу и любовь.
Мерзость обмана его угнетала,
Словно колючки репея к ногам
Так незаметненько вдруг прицепились.
Как бы то ни было - заново всё
Можно начать, поотбросив худое!
Стойкость и мужество - то от отца
В недрах души - неплохое наследство!
Что же от матери? - то наживать
Больше добра, то бишь - златоухватство.
Что же в Иакове было сильней, -
Женская страсть, иль мужицкая воля?
В данный момент - ему стойкость важна!
И ничего окромя и не надо.

День так не страшен, как тёмная ночь;
Чаще он слышать стал вой среди ночи;
Волки, шакалы и змеи - всё тут,
Да скалапендры с язвительным жалом.
Туго Иакову  но за труды
Будет от Господа вознагражденье!
Не потому ли досталась ему
Доля - поднять и нести груз отцовский:
Ведь от него густо ветви пойдут
Древа, - где корень и ствол Авраама.