Выстрел в Питере

Памяти Игоря Талькова

Видит наша страна, что порою бывает,
Если совесть и честь  продают за пятак.
Берегите поэтов, если их убивают,
Значит в нашем отечестве что-то не так.

За последний глоток минимальной свободы,
Что дарует с рожденья не власть, а творец,
У народа забрали поля и заводы
И обстригли страну, словно стадо овец.

Замаячил опять философский корабль,
А, возможно, и вовсе приснился кому,
На котором поэты уедут в Зимбабве
Добровольно, как ехали на Колыму.

Нелегко быть в России и честным, и сильным
И великою славой её дорожить.
И тому, кто считает себя её сыном,
До седин не всегда  удаётся дожить.

Как поэту, давно почитаемом нами,
Чьим заслуженным прадедом был еврей-эфиоп,
Получившим в России, умытый слезами
Первый памятник, славой увенчанный  гроб.

Но, однажды, сойдя, как с пиратского судна,
Появилась толпа новоявленных орд.
Как казалось нам всем, что, почти ниоткуда,
Собакевичей, каинов и держиморд.

Он, встречаемый всюду восторженным людом,
Прославляя Отчизны святые места,
Всенародно причислил к последним иудам
Тех, кто предал в России Иисуса Христа.

Но, конечно, ему этих слов не простили,
Закружился бесчисленный рой квазимод.
И, желая унизить его, окрестили,
Будто  он обесчестил библейский народ!

Он родную страну попытался возвысить
По священному праву её мудреца.
И  сынов Моисея в тот день сотни тысяч
На Ваганьковку шли, провожая певца!

А Россия привыкла к великим потерям
Мудрецов, нарушающих длинную ночь.
Мало в нашем Отечестве тех, кому верим
И в часы испытаний готовы помочь.


Рецензии