Прощание с бабушкой

Будет запах, будет праздник марокканских мандаринов,
Будет весело и ново от оранжевых кругов,
И фонарь, хранитель света, сгорбив узенькую спину,
Бросит тень от абажура и фигурных стояков.

В этой тени много тайны и игры с самой собою,
В ней - то страшно, то - опасно, то нечаянно легко.
Я иду по горбольнице неутоптанной тропою,
К моргу тянет указатель – это здесь, недалеко.

Жизнь кипит, и горбольница одевается лесами,
Даже самый тихий корпус – тот, который впереди.
От него бегут медсёстры с озорными голосами
И медбрат, что посолидней, повстречался на пути.

Я внимательно и долго провожаю их глазами -
Их халаты и бахилы, их перчатки и пальто.
Я не жду, что кто-то рядом заливается слезами,
Слепо тычусь в двери морга – всё не то, не то, не то…

Рядом каркает ворона – отвратительная птица.
Слева - старая часовня и святой Пантелеймон.
Почему я здесь? И тихо отзывается больница –
Это правильно, и это не случайность и не сон.

Но в бреду каком-то дальнем я отчаянно желаю -
И минуты возле морга неосознанно тяну –
Пусть к ближайшей остановке выйдет бабушка живая
И ужасно удивится, здесь застав меня одну.

И оставлю я в покое дерматиновые двери,
Не зайду туда, а выйду, поступлю наоборот.
И для бабушки и внучки – именно для нас обеих –
Будет праздник мандаринов,
будет новый Новый год.