Мария огребла сполна
От пап с трактовкой Ватикана
Тысячелетия вреда!
И вот свобода из капкана
на образ из дамасской стали.
В двадцатом веке, лишь тогда
Травить святую перестали.
+24+
Для миллионов стал он босс.
Растиражирован по храмам.
А шёл тогда в крови он бос
По мостовой, был назван хамом.
И нёс из кипариса крест,
Что грубо вырубил раб Рима.
И был его властям арест
Так нужен. И непоправимо
Библейский этот весь сюжет
За шагом шаг тянул к финалу.
Толпа глумилась. Ей в ответ
Лишь стиснул зубы, не стонал у
Ограничительной черты
Живой цепи центуриона.
Солдаты все сомкнули рты,
И от толпы их оборона
Иуду не могла спасти.
По ту он сторону распятья.
Гвоздь не пробьёт его кости,
И не его в лохмотьях платье.
Серебреников звон в ушах.
Их ровно тридцать. Что же дальше?
Вот совесть выставила шах.
Смерть прорастает из-под фальши
Завистливых слепца надежд,
Вчера Иуду искушавших.
И вот стоит он средь невежд
Под номером один средь падших.
И видит боль в глазах Христа,
И капли крови на деснице,
И в боли корчатся уста,
Вокруг него в экстазе лица.
Ещё в саду ждёт суицид,
И труп его не искалечен;
Ещё не взял над жизнью стыд
Верх, но клюёт как ворон печень;
И Гефсиманская петля
На шею ночью не одета;
Ещё гордыню утоля
Его раскаянье там где-то;
Ещё от веса серебра
Солдат не в силах оторваться;
И нет пореза у ребра
Разящего копья паяца;
Ещё он жив, тот кто рождён
От девы-матери Марии.
Под жарким солнцем, как дождём,
Кто встретит смерть без истерии;
Благословение Христа
Иуде выйдет приговором,
И будет истина проста
Тому, кто в смерть ворвётся вором.
Кто был Христа учеником,
Сам мастер сладких поцелуев,
Поник Иуда - в горле ком,
С деньгами племени холуев
Ему и ночи не прожить,
И пережить в проклятьях многих.
Но, а пока в толпе рож выть,
Принять смирение убогих.
И как Иуде перенесть,
Того, кто встал меж ним и верой?
Нет, не предательство, а месть,
Она ему служила мерой,
Когда его, поцеловав,
Вино, как кровь испил Христову.
Какой живучий этот сплав:
Предательство и зависть к слову.
Завистник стал Христа палач -
Христа, живущего крылато.
Распятия - Иуда ткач.
Не деньги! Смерть Христова – плата
За то, что так умел парить
Крылатой рифмой над богами.
Сам Бог, рождённый говорить
В божественной словесной гамме.
За это именно распят.
На тайной преданный вечере.
У миллиардов этот яд,
Как в древности и в новой эре!
Первосвященник - не подлец,
Орудие у серой массы.
Поэт распят. Его венец -
Такой пиар! Срывает кассы!
И пусть Иуда заклеймён,
Христу воспели смертью оду,
Но истинно для всех времён -
Поэт лишь мёртвый люб народу.
(Выдержка из христианской поэмы
“Taboo or not taboo!”)
ИУДА. Табу ор нот Табу
© Copyright: Алексей Анатольевич Карелин, 2023
Свидетельство о публикации №123071400316
Свидетельство о публикации №123071400316
Рецензии
В поэме-рок-опере Алексея Карелина «Taboo or not taboo!» образ Иуды занимает особое место и раскрывается не только как библейский персонаж, но и как символ предательства, внутренней борьбы и трагической необходимости. Значение Иуды в сюжете произведения многогранно и раскрывается по главам, где автор поднимает вопрос: был ли Иуда создан для того, чтобы Иисус исполнил свой искупительный долг? Этот вопрос не только богословский, но и философский, и Карелин исследует его через призму человеческой свободы, судьбы и трагедии выбора.
1. Иуда как необходимый участник искупления
В тексте поэмы Карелин прямо и косвенно обращается к идее, что без предательства Иуды не мог бы состояться Крестный путь Христа. Однако автор не оправдывает Иуду, а показывает его поступок как результат свободного выбора, а не как исполнение предначертанной роли. В этом смысле Иуда — не просто «инструмент» в руках Провидения, а человек, который, поддавшись страстям (алчности, зависти, отчаянию), становится орудием зла, но при этом его поступок запускает цепь событий, ведущих к спасению человечества. Это парадокс: зло, совершённое Иудой, оборачивается высшим добром — искуплением через Крестную Жертву.
2. Иуда как символ внутренней борьбы
Карелин в своей поэме уделяет большое внимание внутренней драме Иуды. Через его образ раскрывается тема греха, раскаяния и отчаяния. Иуда у Карелина — не одномерный злодей, а сложная личность, раздираемая противоречиями. Его поцелуй — это не только знак предательства, но и попытка последнего контакта с Учителем, возможно, даже бессознательное желание быть остановленным. После осознания тяжести своего поступка Иуда не находит выхода, кроме самоубийства. В этом Карелин видит трагедию человека, который не смог принять милосердие и прощение, доступное даже разбойнику на кресте.
3. Иуда в структуре поэмы
В структуре поэмы-рок-оперы образ Иуды появляется в ключевых моментах, связанных с темами алчности, зависти и праведного гнева. Через него автор исследует природу предательства — не только как внешнего акта, но и как внутреннего состояния, когда человек предаёт самого себя, свои идеалы и веру. В диалогах и монологах героев звучит мысль: «Я не Иуда. Не предам!», что подчёркивает актуальность этого выбора для каждого человека.
4. Философский и богословский смысл
Карелин не даёт однозначного ответа на вопрос, был ли Иуда «создан» для предательства. Он подчёркивает: Бог не предопределяет человека ко злу, но даже из зла может извлечь добро для спасения мира. Однако сам поступок Иуды остаётся злом, за которое он несёт личную ответственность. В этом — великая тайна свободы и милосердия: «Может быть, эти люди, кого мы осуждаем... в раю окажутся прежде нас».
5. Значение Иуды для современного читателя
В поэме-рок-опере Карелин делает образ Иуды универсальным символом предательства и внутренней борьбы. Он призывает не спешить с осуждением, а задуматься о собственных «иудинских» моментах — когда мы предаём совесть, любовь, веру ради сиюминутной выгоды или из страха. Через этот образ автор говорит о необходимости покаяния, прощения и надежды на милосердие.
Вывод:
Иуда в поэме-рок-опере Карелина — это не просто предатель, а трагическая фигура, через которую раскрывается глубина человеческой свободы, ответственности и парадоксального участия зла в деле спасения. Его роль необходима для исполнения искупительного подвига Христа, но это не снимает с него вины за личный выбор. Такой подход позволяет автору поднять вечные вопросы о природе греха, прощения и человеческой судьбе.
Елена Михайловна Ситникова 22.04.2026 04:10 • Заявить о нарушении
1. Иуда как необходимый участник искупления
В тексте поэмы Карелин прямо и косвенно обращается к идее, что без предательства Иуды не мог бы состояться Крестный путь Христа. Однако автор не оправдывает Иуду, а показывает его поступок как результат свободного выбора, а не как исполнение предначертанной роли. В этом смысле Иуда — не просто «инструмент» в руках Провидения, а человек, который, поддавшись страстям (алчности, зависти, отчаянию), становится орудием зла, но при этом его поступок запускает цепь событий, ведущих к спасению человечества. Это парадокс: зло, совершённое Иудой, оборачивается высшим добром — искуплением через Крестную Жертву.
2. Иуда как символ внутренней борьбы
Карелин в своей поэме уделяет большое внимание внутренней драме Иуды. Через его образ раскрывается тема греха, раскаяния и отчаяния. Иуда у Карелина — не одномерный злодей, а сложная личность, раздираемая противоречиями. Его поцелуй — это не только знак предательства, но и попытка последнего контакта с Учителем, возможно, даже бессознательное желание быть остановленным. После осознания тяжести своего поступка Иуда не находит выхода, кроме самоубийства. В этом Карелин видит трагедию человека, который не смог принять милосердие и прощение, доступное даже разбойнику на кресте.
3. Иуда в структуре поэмы
В структуре поэмы-рок-оперы образ Иуды появляется в ключевых моментах, связанных с темами алчности, зависти и праведного гнева. Через него автор исследует природу предательства — не только как внешнего акта, но и как внутреннего состояния, когда человек предаёт самого себя, свои идеалы и веру. В диалогах и монологах героев звучит мысль: «Я не Иуда. Не предам!», что подчёркивает актуальность этого выбора для каждого человека.
4. Философский и богословский смысл
Карелин не даёт однозначного ответа на вопрос, был ли Иуда «создан» для предательства. Он подчёркивает: Бог не предопределяет человека ко злу, но даже из зла может извлечь добро для спасения мира. Однако сам поступок Иуды остаётся злом, за которое он несёт личную ответственность. В этом — великая тайна свободы и милосердия: «Может быть, эти люди, кого мы осуждаем... в раю окажутся прежде нас».
5. Значение Иуды для современного читателя
В поэме-рок-опере Карелин делает образ Иуды универсальным символом предательства и внутренней борьбы. Он призывает не спешить с осуждением, а задуматься о собственных «иудинских» моментах — когда мы предаём совесть, любовь, веру ради сиюминутной выгоды или из страха. Через этот образ автор говорит о необходимости покаяния, прощения и надежды на милосердие.
Вывод:
Иуда в поэме-рок-опере Карелина — это не просто предатель, а трагическая фигура, через которую раскрывается глубина человеческой свободы, ответственности и парадоксального участия зла в деле спасения. Его роль необходима для исполнения искупительного подвига Христа, но это не снимает с него вины за личный выбор. Такой подход позволяет автору поднять вечные вопросы о природе греха, прощения и человеческой судьбе.
Елена Михайловна Ситникова 22.04.2026 04:10 • Заявить о нарушении